– Толку от твоего ночного…

Пурпур дёрнула хвостом.

– Погоди, остались одни самки, они держатся получше.

Воришки крались по песку с разных сторон, сжимая в лапах блестящие когти. Цунами вертела головой, стараясь не упускать из виду обоих. Наконец сделала выпад, стараясь достать того, что приближался слева, но воришка поднырнул ей под лапу, ткнул когтем в живот и проворно отскочил. Взвыв от боли, она кинулась вдогонку.

В тот же миг другой противник скользнул ей за спину и бросился на Звездокрыла. Тот попытался тоже ударить лапой, но воришка увернулся, подпрыгнул и проворно забрался дракончику на спину.

Глин остолбенел. Ничего себе, дичь! Коровам о таком нечего и думать.

Звездокрыл изогнулся, вытянув шею, чтобы достать врага зубами, но тот ловко отскочил, цепляясь за чешую, словно ящерица за трещины в скале. Дракончик свирепо тряс головой и царапал когтями, но задел лишь сам себя, и с чёрной спины закапала кровь.

– Да уж, не впечатляет, – разочарованно хмыкнула Пурпур. – Не похоже, чтобы этот умел читать мысли.

Глин вздрогнул. Увернувшись от когтей, воришка карабкался на шею, подбираясь к голове Звездокрыла. Если сумеет вонзить свой длинный коготь в глаз…

– Цунами! – что было сил выкрикнул он.

Увлёкшись преследованием, она оказалась на середине арены. Вёрткий и быстрый, противник метался зигзагами, умудряясь проскакивать даже у неё под брюхом. Услышав крик Глина, Цунами обернулась и кинулась назад к Звездокрылу, но тот уже справился сам. Резко тряхнув головой, он с размаху уткнулся мордой в песок. Воришка сорвался и, пролетев между рогами, откатился к стене, но тут же вскочил и заковылял прочь, спасаясь от щёлкнувших совсем рядом драконьих зубов.

Звездокрыл стоял на месте, потирая ушибленную голову. Подоспевшую на помощь Цунами он задержал. Воришки стояли поодаль у стены, один поддерживал другого, озираясь на трибуны, заполненные веселящимися драконами. Оба верещали что-то пронзительно и злобно.

– Ты права, – вздохнула Пурпур, – ничего интересного, я ждала гораздо большего… Давай ледяных! – крикнула она Кармину.

Кроваво-красный дракон отдал команду, и со всех сторон в воздух поднялись стражи, направляясь к вершинам скал. Глин с ужасом следил, как они отвязывают пленников. Восемь ледяных! Звездокрыл рассказывал, что больше всего они ненавидят ночных драконов, ещё со времён какой-то давней войны.

– Наконец-то додумалась, – проворчала Огонь.

– Пустите и меня! – взмолился земляной дракончик. – Я тоже хочу драться!

Он хорошо понимал, что троим против восьми всё равно не выстоять, но лучше умереть с друзьями, чем бессильно наблюдать сверху.

Солнце внезапно померкло, будто скрылось за грозовыми тучами. Зрители задрали головы, прислушиваясь к шороху машущих крыльев.