Должен же я попробовать, чем меня решили накормить!

Мы хохочем.

Фил слизывает с моей щеки кашу.

— Мммм, как вкусно! Ничего вкуснее я никогда не ел!

— Пррравда?

Радостно блестит глазенками дочь.

— Правда. И я хочу открыть тебе секрет. Я твой папа. Настоящий.

— Оооооо…

Губки малышки вытягиваются трубочкой.

Они оба замирают. В глазах Фила напряжение. А Марточка молчит.

— Я просто не знал о тебе, — поясняет Фил. — Если бы я знал, то всегда был бы рядом!

— Как это?

— Ну, вот так. Дороги замело, и весточки твоей мамы ко мне не приходили.

— Но ты слазу меня узнал? Когда увидел?

— Не сразу, Марточка. Но почувствовал точно сразу! Увидел и захотел всегда быть рядом.

— Папа, — малышка прикрывает глазки и быстро подтягивается вверх, со всей силы обхватывая шею Фила ручками.

— Я знала! Волшебный стишок мне помог!

Кажется, у Фила слезы на глазах. А я своих даже и не прячу.

— Вас спасать или вы сами?

Раздается над нами голос Макса.

— Кстати, я твой дядя. Родной брат твоего папы. Будем знакомы, принцесса!

— Я волшебница, — поправляет Марточка, уверенно встав на грудь Фила ножками и серьезно протягивая руку Максу

Мы бесконечно хохочем, выбираясь из каши, которую наварил неугомонный горшочек по имени Марта. Моя девочка-Март.

— Фил, еще у тебя здесь, — я со смехом тянусь на цыпочках, чтобы убрать кашу с его волос.

И вдруг…

Мы замираем.

Долго смотрим друг другу в глаза.

— Я люблю тебя, Оля, — хрипло произносит Фил, хватая мою руку.

— Я хочу, чтоб так было всегда.

И я, — понимаю, как же мне этого не хватало.

Но слова застревают в горле."

"Громко сглатываю застывший комок.

Что с нами будет дальше? Даже думать боюсь. И загадывать

Эту ночь мы проводим порознь.

Я остаюсь с Марточкой, которая прижимается ко мне, уснув.

Фил не настаивает.

Просто целует меня в висок.

А я проваливаюсь в сон со счастливой улыбкой.

— Фил?

Сонно моргаю, когда солнечный свет ярко бьет в глаза.

— Как я здесь оказалась?

Мы в его спальне.

Фил облокотился на постель и просто рассматривает меня. Интересно, давно он не спит?

— Ты моя женщина, — ухмыляется Фил, по-собственнически притягивая меня к себе.

— Значит, спать должна в моей постели!

— Еще ничего не ясно, — качаю головой, пытаясь отстраниться.

— Что не ясно, Оль?

Фил не дает.

Прижимает меня к себе еще крепче.

— Если ты о проблемах, которые мне собирается устроить Миленин, то я их решу.

— Я не об этом, — качаю головой.

— Перестань.

Он подхватывает меня двумя руками, поднимая над собой.

Укладывает себе на грудь.

— Нет ничего другого, Оля. Просто нет. Только ты и я. И наша дочь. Перестань сопротивляться. Мы же чувствуем это оба. Мы просто созданы быть вместе. Скажи. Разве ты без меня жила?

— Жила, — отвечаю, опуская глаза. — У меня была Марточка.

— Марточка это наша любовь, Оля.