И тот подошел только для того, чтобы поделиться с Сальваторе конфиденциальной информацией.

""Мне нравится платье"", — говорит Сальваторе и целует мое обнаженное плечо. ""Хорошо сочетается с браслетом"".

""Мне казалось постыдным позволить ему лежать без присмотра в коробке из-под обуви под кроватью"".

""Ты хранишь браслет в коробке из-под обуви? Под нашей кроватью?""

""Куда, блядь, я должна положить вещь за миллион долларов?"" шепчу я. ""Ты не разрешаешь мне пользоваться сейфом"".

""Есть только одно место, где он заслуживает быть, Милен"". Он проводит кончиком пальца по моей шее и вниз по руке до запястья.

Он пристально смотрит мне в глаза, словно живое существо, и меня пробирает легкая дрожь."

"Я наблюдала за тем, как Сальваторе общается со своими людьми. Он мало говорит. И хотя он внимательно слушает, когда они говорят, он также, кажется, держит в поле зрения остальную часть комнаты. То, как он смотрит на меня сейчас, совсем другое дело. Быть в центре внимания такого человека, как Сальваторе Аджелло, одновременно манит и пугает.

""Время для фейерверка!"" — кричит кто-то из другой части комнаты.

Коллективное ликование наполняет зал, и краем глаза я вижу, как гости направляются к выходу. Сальваторе не двигается с места, но продолжает проводить кончиком пальца по моему предплечью. Его левая рука касается моей щеки, большой палец ласкает кожу под глазом.

""Ты забыл надеть перчатку"", — говорю я, не отрывая взгляда от его глаз, и поднимаю свою руку, чтобы накрыть его руку. Сначала он снимал ее только после того, как приходил домой по вечерам, но теперь я не могу вспомнить, когда в последний раз видела, чтобы он ее надевал.

""Я ничего не забываю, Милен"".

На улице раздается первый взрыв, и разноцветные огни вспыхивают на внутренних стенах, самые яркие из них подчеркивают жесткие черты лица Сальваторе.

Я наклоняю голову в сторону, еще больше склоняясь к его прикосновениям. ""Я думала, что вид твоей руки беспокоит тебя"".

""Да"". Он наклоняет голову и целует меня в шею, ниже уха.

Грохот фейерверков продолжается, но мое сердце бьется еще громче. Зарывшись руками в волосы Сальваторе, я прижимаюсь губами к его губам. Он делает шаг вперед, затем еще один, заставляя меня отступить назад, пока я не оказываюсь прижатой к холодной поверхности окна от пола до потолка, выходящего в сад.

""Почему никто не подошел к нам за весь вечер?"" спрашиваю я, а затем вздрагиваю, когда чувствую его руку на внутренней стороне моего бедра, продвигающуюся вверх.

""Потому что я убедился, что все они знают, что я не хочу, чтобы кто-то приближался к тебе"".

Его рука дотягивается до моих трусиков, и ловкие пальцы оттягивают их в сторону, обнажая меня.