А берлога состояла из бывшего караульного помещения под крышей. Неплохого, надо сказать — такая десятиметровая в диаметре комната, самое оно для всяких штук. Типа бухнуть стянутое в погребе папашино вино столетней выдержки или покувыркаться со служанками, которые не боялись высоты. Все-таки тридцать метров вверх — это не шутка, попробуйте у себя по девятиэтажке вверх по лестнице без лифта подняться, да еще по винтовой, с зачаточными хлипкими перилами? Если что — костей не соберешь. Правда, не все так плохо — моя комната самая высокая, типа высоко сижу и далеко гляжу. Подо мной еще служебные помещения типа «бомжатник», которые раньше были караулкой и складом и до которых не доходили руки выкинуть оттуда всю рухлядь и занять их чем-нибудь под себя. А чувствую, придется это сделать и сделать основательно, прежнему Арману может это было и не надо, но вот мне — в самый раз. Еще не знаю, что я там буду делать, скорее всего какую-нибудь лабораторию или мастерскую — нефиг три этажа не использовать по прямому назначению. И дырки в полу мне в этом помогут. Откуда дырки? Ну а как вы прикажете подавать стрелы для баллисты или жратву для дежурной смены? Поднимать через крышу или тащить по винтовой лестнице, рискуя ухнуть вниз вместе с ними, чтобы издать побольше шума с предсмертным криком? Нет, строители позаботились и об этом, соорудив подъемник, который, кстати, надо будет осмотреть и перебрать. Ну и избавиться от предметов интерьера в виде пустых бутылок и грязных простыней, накопленных носителем в процессе эксплуатации блудильни.
Я, поминая нечистого, поднялся по винтовой лестнице. Ощущения были такие, как будто лезешь на небоскреб — все-таки я еще не совсем оправился, раньше в процессе физподготовки бегал вверх-вниз с полными ведрами воды, а тут сдулся. Ничего, привыкну. Эх, хорошо все-таки иметь магическое зрение, не надо брать с собой лампу или лезть в темноте! Видно, как днем.
Ну вот, наконец, и люк в полу первой комнаты. Я снял замок, поковыряв в замочной скважине исполинским ключом, и толкнул рукой крышку. Все, я в своей трехэтажной берлоге. И говно, которое тут накопилось, я выкину.
Слава богу, на этих трех этажах винтовой лестницы не было, они сообщались между собой обычными, прямыми. Воодушевленный, я полез быстрее, и, наконец, преодолев еще один этаж, оказался в своем «пентхаузе», как я его теперь окрестил. Да уж, обстановка на редкость спартанская. Старая кровать, пара старых стульев и стол — все. Ну если не считать тряпок и батареи пустых бутылок. И, естественно, ни одной полки или стеллажа, особенно с книгами — это не изба-читальня, а блудильня. Скучно здесь было жить Арману, очень скучно.
Подтянув к себе колченогий стул, я окинул взглядом свой «пентхауз», и задумался.
