– Да! Я очень старалась, пап! – обхватывает ладошками его лицо и заглядывает в глаза. – А ещё я научу танцевать сестренку, чтобы ты ею тоже гордился!
Все звуки тут же смолкают. И удивлённые взгляды устремляются на нас с Адамом. Мы пока никому не сообщали, но одна маленькая обезьянка недавно услышала наш с Адамом разговор, и мы признались, что скоро у неё появится братик или сестрёнка и будет очень Аню любить. А она почему-то сразу заявила, что ждёт именно сестрёнку.
– Юляш, – с трепетом произносит мама, – так это что ж получается… это у нас скоро ещё один малыш будет?!
– Да.
– Ой, какое счастье!
– Что же вы не сказали?
– А как ты себя чувствуешь?
– Нужно срочно папе позвонить! Он обрадуется! – с папой, кстати говоря, мы вполне нормально общаемся. Я, конечно, уже не спешу делиться счастьем, но не из-за прошлого, а из-за того, что уже не та маленькая девочка, что бросалась к нему на шею в поисках защиты и тепла. Я теперь выросла. И меня есть кому защищать и оберегать.
Вопросы продолжают сыпаться как из рога изобилия. Но я их почти не различаю. Все мое восприятие сосредоточено на мужчине, который ласково целует меня в висок, осторожно притягивая к себе, и на малышке, что счастливо улыбается, и глаза ее горят от радости.
Второй шанс – это так легко. И одновременно так сложно. Легко вернуться в прошлое, в точку раздора и неудач, пройтись голыми ступнями по обломкам собственной жизни, почувствовать сомнения и неуверенность. И даже страх можно побороть. Это на самом деле легко. Но так сложно пройти действительно новый путь, прямо с точки, когда все поломалось, и войти в новое русло.





