Когда Герман нас с Мироном обнимал, я почти не желала всех кар небесных мужу.

Хотела одного.

Развода.

Когда гости разъехались по домам, а я отпустила домработницу и уложила сына спать, Герман вдруг засобирался.

— Что ты делаешь? — уточнила я.

— Надо до работы доехать, забрать документы на новый проект, хочу ночью поработать, — отозвался нервно муж.

Теперь я видела все. То как он быстро и дёргано застёгивал ремень на джинсах, как натягивал футболку. Как отводил глаза, отвечая на мои вопросы.

Предатель.

Лживый предатель, который даже о своём сыне не подумал…

— Гер, — капризно протянула я, и муж вздрогнул.

С момента рождения Мирона все капризы были только его, а я засунула свою внутреннюю, желающую многого, Кристину поглубже. Такие ноты и интонации для меня были давно забытыми. Для мужа впрочем тоже. Он медленно обернулся ко мне. — А я думала мы будем заниматься вторым ребёнком…

Я прекрасно понимала, что ничем мы заниматься не будем, потому что наша личная жизнь тоже претерпела изменения с рождением ребёнка и стала…

Обычной стала.

— Не сегодня милая, — хрипло сказал муж.

Мое сердце стучало в горле, а ладони вдруг стали влажными.

Я понимала, что не смогу молчать. Не смогу улыбаться Герману и ласково гладить его по плечу за завтраком. Не смогу быть любящей женой, потому что из меня сделали клушу, наседку, мамочку в декрете. Муж считал меня такой. Ведь у него на стороне огонь и экстрим.

Прищурив глаза, я тихо обронила:

— Я же знаю, что ты мне изменяешь…

Глава 3

Герман замер, так и не застегнув на запястье часы. Я посмотрела на свои ладони, пряча за ресницами застывшие слёзы.

— Что прости? — уточнил Герман, делая шаг к кровати и нависая надо мной как скала.

Муж всегда был очень мощным. Широкие плечи, мышцы. За весь наш брак он не изменил своим привычкам и продолжал каждое утро то отжиматься, то бегать. По вечерам он занимался боксом с тренером. И выглядел он для своих тридцати пяти просто нереально. Весь как скульптура. Его даже шрам над левой бровью не портил.

Я помнила как это случилось.

Сырая осень во дворе офиса, который находился в одной из старых пятиэтажек. И я, решившая выйти не через главный вход, а через служебку. Группа мужчин, которые на детской площадке распивали алкоголь.

— Эй, красотка, идём к нам, у нас тут праздник!

Мои ноги вросли в землю, и я не могла пошевелиться. — Что встала! Идём! Мы тебя угостим.

Я покачала головой, боясь произнести хоть слово и сдвинулась к торцу дома. Мужчины не отставали.

— Ты что молчишь? Немая! Так ещё лучше, не заорёшь!

Липкий пот пропитал всю одежду, и я с ужасом смотрела как ко мне направились двое. Я старалась выйти на свет и обежать дом, но когда почти была на свободе, меня перехватили за руку.