— Пусть этот Агнар Вик и богат, но он безроден! Без-ро-ден! О Боже… За что все это свалилось на нашу семью?! Вот Эмма Андерсен, например, скоро станет графиней! А ты? Кем станешь ты? Госпожой Вик?!
— Не хочется вас расстраивать, матушка, но ваша драгоценная Эмма в ближайшее время так и останется девицей на выданье, — насмешливо сказала Моника. — Тильда Расмуссен свернула себе шею, после того, как всплыли все ее преступления, а Валентин попал в дом для умалишенных!
— Что ты говоришь такое?! — воскликнула виконтесса и повернулась к мужу. — Ну почему ты всегда молчишь?! Тебе вообще безразлично, что происходит?!
— Дорогая, ты только посмотри на это… — виконт протянул ей газету. — У меня нет слов!
Камилла выхватила газету из рук виконта и пробежала глазами по статье с громким названием «Преступления и расплата благородного семейства». Женщина схватилась за сердце и застонала, прикрыв глаза.
— Ооох… мне плохо… Воды… Дайте мне воды…
Виконт суетливо налил в стакан воды из графина и поднес его к губам жены.
— Вот, выпей, дорогая!
Камилла жадно выпила воду и швырнула газету на пол.
— Ужасные времена! Ах, что же делать?!
— Дать возможность нашей дочери прожить свою жизнь так, как ей хочется, — ответил виконт и, проигнорировав ее гневный взгляд, обратился к Монике: — Пусть этот молодой человек приходит к нам завтра на обед.
— Папа… — прошептала девушка и на ее глазах выступили слезы. — Папочка… Спасибо вам!
— Ты что с ума сошел?! — прошипела Камилла, вскакивая со стула. — Что ты такое говоришь?!
— Замолчи! — вдруг рявкнул виконт, обнимая дочь. — Я всю жизнь шел у тебя на поводу! Хватит! Неужели ты не понимаешь, что мы можем потерять дочь?!
— Ваша милость… — протянула ошарашенная виконтесса, но он поднял руку, останавливая ее.
— Я все сказал! Завтра этот молодой человек придет в наш дом, и будьте добры, отнеситесь к нему с уважением!
Камилла покраснела от гнева и помчалась прочь из гостиной.
— Я так благодарна… — Моника прижалась к груди отца. — И я так люблю тебя…
— Я тоже люблю тебя, моя девочка, и хочу, чтобы ты была счастлива, — он погладил дочь по плечам и поцеловал в теплую макушку. — Это намного важнее всех титулов и регалий.
Глава 36
— Как вы чудесно смотритесь в мужском седле, дорогая. — Эрлинг окинул меня восхищенным взглядом. — Настоящая амазонка!
— А вы думали, что я кокетливо появлюсь в дамском седле и упаду в обморок, как только лошадь сделает несколько шагов? — шутливо поинтересовалась я, и герцог рассмеялся.
— Примерно так я и думал. А еще я надеялся, что вы свалитесь с этого седла прямо мне в руки и я, как настоящий древний варвар, утащу вас в свою суровую обитель. Мне кажется, это очень заманчивое развитие событий…
— Возможно, так и случится, — я подмигнула ему.
