А вариант, что Богиня разгневается и вернет меня в родной мир без всяких обрядов, голубоглазый самодур все-таки не рассматривал. В противном случае он бы точно и близко к храму не подпустил, а так…

В общем, да. Да, путь мы все же продолжили! Миновав последний коридор, прошли мимо очередного караула и окунулись в наполненный прохладой и сыростью мир. Ринарион забрал у Сарса один из зонтов, и мне пришлось прижаться к величеству теснее. И руку под королевский локоть подсунуть, и вообще язык прикусить.

Последнее – от излишней сосредоточенности. Просто помнила, сколько раз на этой дорожке спотыкалась, а сейчас, в дождь, падать не хотелось никак. Остаток пути мы прошли почти в обнимку и в молчании. Только сопели довольно громко, причем оба.

А дальше – по знакомому сценарию. Едва поднялись по широким ступеням и оказались возле массивной двери, его величество резко дернул за шнурок, а после распахнул дверь. Проявляя галантность, позволил даме войти первой, передал раскрытый зонт Сарсу и стремительно последовал за мной.

Оказавшись рядом, по-хозяйски водрузил руку на талию и притянул максимально близко. После обернулся к просочившимся в храм помощникам и подал тем какой-то знак.

Еще минута, и в первый зал вошла столь нелюбимая монархом Фивия…

– Ваше величество, леди Светлана, – кланяясь на ходу, доброжелательно приветствовала она. – Вы к Ларии? Проходите, матушка настоятельница ждет.

Лария нас ждала – учитывая изначальную настойчивость Ринара, интерес короля был, вероятно, первое, о чем вышедшей из летаргии настоятельнице сообщили. А вот общее состояние старушки стало поводом тихонечко присвистнуть…

Просто от бледности, достойной замороженного трупа, не осталось даже следа. Более того, на морщинистых щеках играл румянец, а сама Лария в момент нашего появления сидела на своей аскетичной кровати, весело болтала ногами и попивала что-то из большой кружки. А увидав вторгшихся к ней визитеров, широко улыбнулась и с живейшим интересом уставилась на меня.

Такая доброжелательность стала еще одним сюрпризом, а нескрываемый интерес заставил чуточку смутиться. Скорее инстинктивно, нежели осознанно, я присела в реверансе и пробормотала:

– Доброе утро."

"– Ой, какая ты, – щуря глаза в явной попытке разглядеть метку на ауре, ответила Лария.

А вот Ринарион здороваться не спешил. Вместо этого король одарил хмурым взглядом сопровождавшую нас Фивию, и лишь когда женщина вышла, буркнул:

– Здравствуйте, матушка. Как самочувствие?

Сарс с Бирисом также остались за дверью, то есть с уходом Фивии мы оказались втроем. Это дарило надежду на откровенный разговор, впрочем… а о чем говорить, если все уже решено? Если все точки и так расставлены?

– Прекрасно, – отвечая на вопрос короля, прямо-таки пропела Лария.