Первым и самым на данный момент значительным результатом той прогулки стало создание стального пера. Да, пока именно пера, но устройство перьевой ручки, которую Света показала и позволила разобрать до винтика, Ринар подметил и описал. Накасские мастера еще ломали головы, но король точно знал, что воплотить замысел все же смогут.
Второй и куда более важной находкой стал мотор. Об этом устройстве рассказал отец Светланы – будучи человеком технической профессии, он отлично в подобных вещах разбирался.
Тут наглядных демонстраций, увы, не было, но схемы Ринар видел.
Над созданием мотора, который должен был работать от магии, также еще трудились. Устройство открывало прямо-таки гигантские перспективы и заставляло короля в предвкушении потирать руки.
После мотора все прочие знания и идеи казались незначительными, поэтому озвучивать или воплощать их Ринар не спешил.
В том же, что касается семьи леди Светланы… визит дочери и ее спутника вызвал сильный шок. Что удивило больше – появление из воздуха или странная по меркам того мира одежда, – Ринарион так и не понял. Но не в этом суть.
Куда важнее, что после двух часов разговоров в рассказ о перемещении родные все-таки поверили. Еще два часа, и они даже согласились Светлану отпустить – в обмен на регулярные письма, разумеется.
А вот в подлинность подаренных Ринарионом украшений уверовали гораздо позже, когда показали подарки ювелиру… Об этом написала сестра леди Светланы, Юлия.
"Проблемы с подачей в розыск, банковскими счетами и увольнением также решились. Но логика подсказывала – что-то еще всплывет, ведь в мире Светланы человек не может исчезнуть бесследно. Однако эти вопросы были уже вне компетенции и каких-то принципиальных неприятностей не несли, поэтому Ринар не заморачивался.
Он вообще в последнее время очень спокойным стал и кривился, кстати, гораздо реже. А вот улыбку на королевском лице видели буквально каждый день – это изменение в привычках проявилось после третьего, как выразилась Света, «эпизода склероза».
Да-да, Ринар вновь забыл королевскую печать в ванной! Правда, уже не в той, а в другой – расположенной в больших королевских покоях, куда они с леди по возвращении с моря переселились.





