Я подхватил малышку и прижал ее к себе, но маленькая проказница протестовала и тянула ручки к Даше.

– Подожди, дай маме одеться, – попросил я кроху, нося по номеру и показывая разные безделушки. Подошел к занавеске, но тут же услышал голос с придыханием.

– Там… Она?

– Кто она? – изумился я и обернулся.

Даша стояла с завороженным видом, глядя на шторы, которые были сейчас задвинуты для того, чтобы в комнате создавался полумрак.

– Башня! Максим! Всего один шаг, и я ее увижу!

– А, ну да, – усмехнулся я, не совсем понимая ее восторга. Ну да, башня – символ Франции. Но, думаю, она точно такая же, как по телевизору или на открытках. Но всё же решил раскрыть плотные шторы и пройти на террасу вместе с ребенком и Дашей.

– Максим, давай ее сюда, – пискнула Даша, чуть ли не зажмуриваясь. – А ты пока… Ну, надень что-то.

Хмыкнув себе под нос, я решил больше не смущать свою стеснительную женушку, прошелся до чемодана и достал оттуда легкий свитер, футболку и джинсы. Оделся и вышел вслед за Дашей на открытую террасу со столиком, стульями, украшенную цветами и с видом на башню. Эта уютная терраса порадовала меня гораздо больше, чем главная парижская достопримечательность.

Потому что я представил, сколько приятных часов мы здесь проведем. И чем больше времени мы будем вместе, тем сильнее будет привыкать ко мне Даша. Мечты-мечты…

– Тебе тоже нравится? – спросила она с волнением, увидев мою улыбку.

– Я просто без ума! – ответил я, но смотрел вовсе не на внушительную конструкцию, которая в свое время вызывала массу кривотолков и считалась уродливой, а на светящееся от счастья лицо Даши. То, что именно я подарил ей эти эмоции, делали момент бесценным.

– Максим, спасибо, – повернулась она ко мне с таким одухотворенным выражением, что стоило огромных усилий не поцеловать ее. Я даже разозлился. Столько еще будет продолжаться этот спектакль?

Может, признаться ей? Но тогда путешествие будет испорчено. Она скажет, что я ее обманул, использовал, между нами появится отчуждение и недоверие. Нет, надо придерживаться первоначального плана и делать вид, что я и сам не понял, когда фиктивный брак перерос в настоящий. А это значит терпение и только терпение.

– Пойдем скорее гулять? – Дашино лицо продолжало светиться, и, взяв на руки Булочку, я понес ее переодеваться, пока Даша собиралась на прогулку. Носилась по номеру со скоростью урагана, вызывая мой добрый смех.

– Не знал, что твоя мама такая сумасшедшая, – улыбнулся я ребенку, щипая ее за пухлую ножку.

– Айа! – задрыгала ею на удивление довольная Булочка. Может, правду говорят и настроение матери передается ребенку? И возможно, именно из-за Даши малышка перестала плакать и противиться мне?

– Знаешь, Даш, я тут подумал… – начал я и, обернувшись, замер.