До чего же противный отец оказался у моей Булочки! Вроде и похож на модель с обложки журнала, но выражение лица такое гадкое, что портит всё впечатление. Я прижимала малышку к себе, наслаждаясь ощущением теплого нежного тельца в моих руках. Никак не могла поверить, что это наяву. Что это не сладкий сон. Теперь, когда я нашла ее, ни за что не отпущу! Но отец Таечки был другого мнения.
– Не трать мое время! – грубо сказал он, не намереваясь пояснять, почему называет девочку точно так же, как я. Этому должно быть объяснение. Ведь не могли мы с ним дать такое прозвище ребенку не сговариваясь! Мы же не кармические близнецы…
– Отец отдал вам малышку и сказал, что мы ее ласково называем Булочкой? – предположила я.
– Еще и отец твой замешан? У вас целая семья аферистов? – наклонился он ко мне, крылья носа раздувались от гнева.
– Прекратите называть нас аферистами! – не выдержала я. – В чем же выгода, по-вашему? Я искала ребенка две недели, отец просто забрал Булочку из дома и как-то передал вам, но я ничего про вас не знала.
– Выгода, может, в том, чтобы содрать с меня побольше денег? – нарочито небрежно высказал он свою версию, которая меня разозлила.
– Нам не нужны ваши деньги.
– А по тебе не видно, что не нужны, – хмыкнул он, оскорбляя меня взглядом заносчивого сноба с большим кошельком.
– Это уже не ваше дело! Главное, чтобы мы с вами решили, что делать с ребенком. Вы, похоже, действительно ее отец, – признавать это я не хотела, но пришлось. – У вас одинаковые глаза.
– Отец. И тест ДНК по твоей милости сделать пришлось. Зачем эти игры, Даша? Если тебе дорог ребенок, то пришла бы и договорилась о чем-то.
– Я же говорю, отец без моего ведома унес ребенка из дома! – выкрикнула это, зная, что тем самым порчу ситуацию всё больше, выставляя нашу семью в дурном свете.
Но что поделать, если это правда?
– Врать мне не надо, Даша, ты лучше скажи, кто мать ребенка. Мы так с тобой долго препираться можем, – нервно вздохнул он и побарабанил пальцами по столу, выражая нетерпение.
По лицу я поняла, что моим словам он ни за что не поверит, поэтому придется обходиться лишь фактами.
– Ее мать – моя сестра, Юлия Зеленова. Такую вы, надеюсь, знаете?
Никаких признаков узнавания я в глазах отца Булочки не увидела. Поэтому достала телефон и быстро зашла в галерею с фото и показала нужное мужчине. Малышка завозилась в руках, но не захныкала, просто устроилась поудобнее, даже стала засыпать."
"– Юля, Юля… – нахмурился он, вспоминая, потом его, видимо, посетило озарение, но взгляд стал недобрым. – Я вспомнил твою сестру. И не удивлен, что не наблюдаю ее рядом с ребенком. Мать-кукушка!
Хоть мне было неприятно, но я сама была зла на Юлю и защищать ее не собиралась.
