15
0– Мы с Верой Андреевной уже договорились, что квартира будет переписана на Машу. Полностью. Так что ты больше ничего не решаешь. Если это все потрясающие новости, которые ты хотел мне сообщить, то я иду домой.
Он порывисто схватил меня за рукав. Я – посмотрела на него так, что его пальцы мигом разжались. Демонстративно отряхнулась…
- Даша… пожалуйста, - заговорил он моляще. – Мне ведь тоже нужно где-то жить, а ты хочешь меня без всего оставить…
- Так же, как ты хотел оставить без всего меня и детей.
- Я хотел оставить вам квартиру…
- Ты такой щедрый! – воскликнула с издёвкой.
Про подарок Лине я била наугад, но по его лицу поняла – попала в цель. Не зря мы с Верой Андреевной предполагали подобное развитие событий.
Эдик замолк. После паузы пробормотал…
- Я сам… я подарю Маше эту квартиру. Пусть мама отзовет иск, суд ни к чему.
Я фыркнула. Мерзавец поганый. Понял, что проиграл по всем фронтам и теперь хочет казаться хорошим в глазах хотя бы дочери.
Вот только Маша уже знала правду про эту квартиру.
Я решила немного поразмыслить.
На самом деле, если Эдик оформит дарственную – это самый простой и быстрый путь к цели.
Нужно было понимать, что суд может затянуться надолго. К тому же, все могло пойти потом не по плану. Свёкор мог заартачиться и не захотеть дарить квартиру Маше, хотя в способности свекрови добиться от него того, чего она хотела, я ничуть не сомневалась, и все же…
Стоило учитывать и тот факт, что могла внезапно передумать даже сама Вера Андреевна.
Хотя свекровь, в отличие от своего сына, кажется, понимала, что у неё в жизни только и есть, что семья.
Но если был шанс решить все с квартирой здесь и сейчас, не полагаясь на случай и других людей – этим нужно было пользоваться.
Я подняла на бывшего мужа глаза. Холодно отчеканила…
- Я дам тебе шанс на красивый жест. Завтра же мы идём к нотариусу и все оформляем – ты, я и Маша. И учти, что если вдруг передумаешь и обманешь – дочь обо всем будет знать. Подумай, как будешь выглядеть в её глазах. Сына ты уже потерял из-за дешёвой заразной шлюхи, не потеряй ещё и дочь. Она ведь к тебе, несмотря ни на что, все ещё тянется.
Он кивнул. Я коротко махнула ему на прощание и хотела уйти, когда в спину мне донеслось…
- Даш…
- Что ещё?
Он мучительно сглотнул.
- Я скучаю… по нашей семье. По тебе. По дому…
Я лишь криво усмехнулась на это никому уже не нужное, не имеющее никакого значения признание.
- Нет у тебя больше никакой семьи. И дома нет. И я по тебе совсем не скучаю. Ты все собственными руками разрушил, Эдик. Ну так живи теперь счастливо, мы ведь тебе в этом мешали. Зато сейчас ты ото всех свободен – наслаждайся этим, если сможешь.
