Колыбель первородных стихий.
Место, которого так боятся и жаждут смертные. Ведь оно не только иссушает души, оно еще и дает небывалое могущество.
Плох тот король, что не мечтает стать императором, плох тот маг, что не мечтает стать всемогущим…
Йеванн никогда не стремился ни к первому, ни ко второму. Он давно решил посвятить жизнь служению трону. И честно выполнял клятву, данную Венарию. Пока…
Пока на его пути не встретилась Дея.
Спускаясь в Бездну по узкой, почти невидимой тропке, он думал только ней. Не о сотнях предков, что прошли здесь до него. Не о сине-зеленом тумане, что стелился внизу, закрывая дно кратера.
В его мыслях и сердце была только Дея. Он шел, не замечая того, что творится вокруг. Вспоминал каждый миг, проведенный с нею. Все, начиная с первой встречи на берегу моря, и заканчивая моментом прощания. Перебирал в памяти, как скряга свои сокровища, смаковал, как гурман.
По воле насмешника-Случая она стала его тюрьмой. По воле Судьбы она стала его свободой.
Ее чувства омывали теплыми волнами, в них хотелось тонуть. Ее эмоции это сладкий нектар, который он пил и не мог насытиться.
Больше всего на свете он боялся ее потерять.
Извилистая тропа уводила все ниже, все дальше от края, где остались анайхи. Йеванн слышал их монотонное пение, но с каждым шагом оно становилось все тише. В сердце Бездны клубился густой туман. Он манил к себе, обещая невиданную силу и власть. В нем вспыхивали и гасли алые искры, похожие на зарницы.
Подойдя к границе тумана, Йеванн вытянул руку и послал вперед огненную плеть. Она рассекла сине-зеленую жижу на несколько метров вперед.
Туман недовольно завозился, словно живой, отступил неохотно. Перед дайэрэ образовался узкий коридор, ведущий в пустоту.
Несколько пассов — и Йеванн пустил впереди вихрь огня, а сам ступил следом. Туман за его спиной тут же сомкнулся и стал гораздо плотнее, чем был.
Взвились вверх сине-зеленые щупальца, высоко, до самого края. Лизнули траву и камни, на которых стояли анайхи, и растаяли, оставив после себя потеки застывшей лавы.
Пение прекратилось. Круг разорвался.
Первым на ноги поднялся Наарх. Вскинул руку и произнес:
— Инициация началась! Он вошел в туман.
* * *Дея ненавидела ждать.
Для нее не было ничего страшнее ожидания, которое, к тому же, затягивалось.
Ходики на стене отсчитывали секунды, секунды складывались в минуты, минуты — в часы. Время закручивалось в спираль бесконечности без конца и начала. Как мифическая змея Уроборос, что кусает себя за хвост.
— Не переживайте, льерэ, — сказал заглянувший завьяр.
