Язык надавил, заставляя приоткрыть рот. Однодневная щетина царапнула Дею.
Этот мужчине не целовал. Он даже не пытался быть нежным. Он наказывал и клеймил. Причинял ей страдание. Будто мстил за что-то.
Толкнул ее к ближайшей стене, точно портовую шлюху. Навалился, раздвигая ей ноги и втискиваясь между них. Его твердые бедра вжались в нее, и даже сквозь ворох юбок Дея ощутила его напряжение.
В первый момент она просто оторопела. Растерялась от внезапного натиска. Он буквально насиловал ее ртом, не давая сделать ни вдоха.
Пока сверху не раздался топот маленьких ног, и детский голос не произнес:
— Мамочка?.
Дальнейшее Дея помнила как в тумане. Видимо, ее разум попросту отключился на какое-то время. Зато проснулся инстинкт.
Ее рука взлетела сама собой. Ладонь обожгло от хлесткой пощечины. Пальцы на миг ощутили мужскую колючую кожу…
И тут же хватка чужих жадный рук резко ослабла.
Йеванн ее отпустил.
Буквально миг они прожигали друг друга глазами. Серые против черных, сумерки против бархата ночи.
А потом она бросилась к сыну. Взлетела по ступенькам, упала на колени, схватила его и зарылась губами в макушку.
— Все хорошо, мой милый, все хорошо.
Сверху уже спускалась перепуганная Катарина.
— Простите, миледи, — служанка едва не плакала, — я не смогла его удержать.
— Ничего. Все нормально. Возвращайся наверх.
Дея прижала сына покрепче.
Праматерь Эола, кого она пытается убедить?
Йеванн продолжал смотреть на нее. Она чувствовала спиной его взгляд.
О нет, в нем магии гораздо больше, чем в ней. Густая, плотная, с металлическим привкусом крови.
Магия дознавателей.
А магия самой Деи — нежная, теплая, как байковое одеяло.
Ноэль закряхтел, выпутываясь из объятий. Дее пришлось его отпустить.
Ее сынишка, несмотря на свой возраст, вполне самостоятельный парень. И ужасно не любит разные нежности.
— Мама, кто этот дядя?
Дея вздрогнула и обернулась.
Йеванн стоял прямо у нее за спиной и внимательно разглядывал Ноэля. Слишком внимательно. А она даже не почувствовала его приближения!
На его бледной щеке горели следы ее пальцев.
Повисло молчание.
— Похож на отца, — наконец, произнес дознаватель.
Дея медленно поднялась. Задвинула упирающегося мальчугана за спину.
— Вы не сделаете этого с моим сыном! — произнесла тихим злым голосом. — Только не с ним!
— Тогда не буяньте и делайте то, что вам приказано. Через три дня мы должны быть в Иллурии.
Он протянул ей тот самый злополучный конверт.
Глава 2
Дея все-таки распечатала письмо.
Он не соврал, ее навязанный муж.
В конверте лежал брачный договор, заверенный подписью и печатью императора Венария.
