Тормози парень! Тут приказывай, не приказывай, а в голове уже засело, как она щупает его, трогает…
— Милена, не нужно мне ничего покупать. У меня есть все, о чем я мечтал. — говорил искренне, и хрен с ним, что мой голос так низко звучал. Ее рука опустилась вниз, прошлась по штанине и легла на окаменевший член. Не успел увернуться… или не желал.
— Тебе нельзя… — надрывно произнес. Блин, я кончу только оттого, что она сжимает его в ладошке!
— А если я?.. Ртом? Ты не против? — как я могу быть против! Я столько лет представлял, как она это делает. — Я давно хотела попробовать, — просто убивает меня своими откровениями.
— Милаха, если ты передумаешь, я сдохну!
«Она издевается!» — Милена медленно стаскивала с меня ремень. Я уже успел скинуть пиджак и рубашку.
Она опустилась передо мной на колени, принялась расстегивать пуговицы на штанах. Яйца звенят от напряжения. Милаха поглаживает через одежду ствол по всей длине, а я рычу в голос.
— Милена, поиграешь с ним в другой раз! — освобождаю себя полностью от одежды. Она улыбается и так сексуально закусывает губу…
— Дай мне его. — ее тонкая ладошка с длинными пальцами обхватывает мой член.
— Тебе нравится? Я правильно делаю?
— Не останавливайся главное. — хриплю я.
Горячо! Влажно! Безумно приятно! Милена входит во вкус, стимулирует кончиком языка уздечку, при этом смачно так сосет. В голове только пара матерных фраз, которые передают мои ощущения. За секунду до того, как излиться, я покидаю сладостный плен…
— Милаха, ты соткана из рая… — чуть позже признаюсь я.
Спустя два месяца
Милена
Сегодня мы сделали второй скрининг. Переволновалась так, что давление упало. Врачи уверяют, что все в норме, но меня даже малейшие расхождения в анализах тревожат. Вернулась домой, перечитала кучу литературы и немного успокоилась. А потом мне позвонила мама и промыла мозги:
— Ты же говорила, что любишь этого ребенка?
— Люблю, конечно!
— Так дай ему почувствовать свою любовь, а не страх.









