Только уже не надо.
— Значит теперь ты его защищаешь?! — снова взрывается Лукашин, а я внутренне ощетиниваюсь, готовясь к… какому там по счету раунду?
— Я его не…
— Защищаешь, Арина! Выгораживаешь! Ты все еще любишь его, да? — он вскочил на ноги и ходит из угла в угол, а потом хватается за голову, — Это же я утешал тебя, служил жилеткой, пока ты разбитая и немощная отходила от тех недоотношений! Он унизил тебя, а я все это время был рядом с тобой! Я!
— Хватит! — хлопаю ладонью по столу. Да так, что та начинает саднить, — Не смей так со мной говорить! Я никогда не требовала твоего внимания, ты сам так хотел! И именно ты ходил за мной кругами! И я никогда не была немощной. Разбитой — да, но я всегда была в себе, Артем.
Если бы мой голос мог стать предметом, это был бы тот самый айсберг, из-за которого потерпел крушение «Титаник», настолько ледяным он сейчас был. Стена между нами двумя, которой не суждено никогда пасть только уплотнялась. Я чувствовала это, я знала.
Раздраженная, доведенная до ярости в который раз готовая была послать к чертовой бабушке сидящего напротив мужчину и кажется, он увидел это.
— Ладно, я перегнул, — он снова садится за стол и примирительно протягивает ко мне руки, — давай не будем ругаться из-за него. Ветров того не стоит. Но пусть он знает, что ты моя! Моя, понятно? — а потом вдруг добавляет неуверенно, — Ты же моя, да, Арина?
От этой фразы кожу словно ударяет током.
«Я люблю тебя, моя любимая. Люблю. Только ты, слышишь? Это все по-настоящему. Запомни, моя любимая девочка. Только ты. Моя… Моя…»
Мурашки волнами покрывает скрытое под халатом тело. Пять лет прошло…
Вздыхаю, опустив голову на руки. Это вообще закончится?
— Я съезжу в гости к Тае, ладно? — я устало поднимаюсь со стула, так и не дождавшись ответа.
И только потом осознав, что сама я не ответила тоже.
«Мы шли с ним по заснеженному густым снегом проспекту. Я держала в руках пластиковый стаканчик с остывшим чаем и вполуха слушала собеседника. Думала о приближающемуся старте нового проекта, который мне обещали показать перед тем, как отдать знающему бизнесс-аналитику.
Было очень волнительно, что мои расчеты будут слишком отличаться от расчетов ведущего профессионала. Их потом сравнят и оценят мой уровень. Я долго была на подхвате у Сорокина и совсем не хотела проворонить такую возможность. Если она появилась, значит видят потенциал, ведь так? Во всяком случае, мне очень хотелось в это верить.
— Так что скажешь, Арина? — Артем развернул меня к себе и доверчиво заглянул в глаза. Иногда мне казалось, что ради меня он на все способен. Захочу, и со скалы сиганет, и звезду притащит, — Давай попробуем встречаться, а?
Он любил меня с первого курса. Это правда. Об этом знали буквально все от студентов до преподавателей.
