Ты ведь знаешь… Только… — Макар, за что? — вдруг вскидываю голову и понимаю, что этот вопрос, который столько лет меня мучил, вырвался сам. — Я просто никак не могу понять почему? Да, я была дерзкой, прямолинейной даже стервозной, но никогда не была злой. Я не заслужила такого! Да никто такого не заслужил.

— Я не сразу влюбился в тебя. Знаю, что был последним кретином, но я был слишком молод. В то время вседозволенность затмевала разум и популярность открывала еще больший полет для фантазии. Я сейчас буду откровенен, Арина. Потому что тогда не был. Но я хочу, чтобы ты знала: я не горжусь тем, что совершил.

— Мы встретились, чтобы обсудить все предельно честно. Я выслушаю тебя, Макар, — обещаю ему, мысленно сцепив зубы. Сомневаюсь, что мне понравится рассказ.

— Мне показал тебя Миша. Я несколько раз видел тебя, но не знал. Он предложил, а я согласился, — он качает головой, и я понимаю, что ему стыдно. Сглатываю и обнимаю руками чашку, чтобы… не знаю почему.

— Миша хотел поспорить на Тасю Аланьеву, да? Вот только препода испугался.

«— А я буду крутым бизнес-аналитиком!

— Как Аланьев, чтоли? У них, кстати, с твоей подружкой серьезно?» …

— Так они поженились? Я рад, — усмехается он, отвлекшись, а потом кивает в подтверждение, — Да.

— А ведь слухи о ваших спорах ходили, Ветров. Только ты так воодушевленно убеждал, что ты другой, а я как идиотка верила!

«— Говорят, — продолжаю, идя рядом с ним по аллее, — что ты с Мишкой поспорил на одну журналистку на втором курсе. Да так, что она потом перевелась в другой университет, — лучше знать от первоисточника, верно? А у меня как раз появилась такая возможность.

— А это серьезное обвинение, — он хмурится, — ты не думала, что будь это правдой на меня бы девчонки так не вешались?

— Я думаю, что им не важно правда это или нет. Если девочки рассматривают подобное как правду, то считают ту девушку дурой, а вас, мужчин, альфа-самцами. Ты знал, что по статистике женщин осуждают и обвиняют в большинстве своем именно женщины? Плюс, девчонки любят плохих парней и очень хотят стать той самой Бель, которая исправит Чудовище, — я даже указательный палец выставила в учении, — И это, не говоря о том, что у них мозгов, как у ракушки.»

А оказалась, что у меня самой, как у ракушки…

Глава 18

— Идиоткой ты никогда не была, — строго смотрит на меня, а я под его взглядом тушуюсь. Глупая, — Ты была особенной. Не заглядывала мне в рот, не прыгала в постель. Тебе было все-равно, что я популярен. Ты меня вообще не видела. Я учился ухаживать, добивался тебя, боялся спугнуть. Я сходил с ума от того, что ты просто у меня есть, что ты рядом. У меня от тебя просто крышу сносило!"

"Не видела… Сначала видела, он даже нравился мне.