Ну дурдом! Слышу скорое, даже истеричное бормотание взрослой женщины, мнящей себя всемогущей, а следом поспешные шаги и на пороге взволнованный и обутый стоит мой пока еще парень, который через минуту станет бывшим.
— Что ты делаешь, Арина? — от звука своего имени я невольно снова делаю глубокий вдох, слишком уж частое количество раз оно было произнесено возмущенным тоном.
Лицо стоящего передо мной давно чужого мужчины, а может и того, кто никогда и не был по-настоящему родным бледнеет, будто он теряет ниточку жизни и я, уже принявшая решение чувствую отчетливый укол совести.
Для чего тянула столько времени? Все же изначально вело к краху. И это было ясно всем: семье, родным людям, иногда даже коллегам, вот только даже они ни причем. Существует любовь вопреки всему миру, однако совестно мне потому, что я отчетливо знала — это не она. И несмотря на то, что я не врала ему, но заставляла верить, что никуда не денусь, что такие отношения меня устраивают. Устраивали какую-то упрямую часть меня. Часть, желавшую все забыть и вернуть себя прежнюю, только разве это возможно, если я всегда твердила, что лучше уж одной, чем…
Какая же дура! Поистине надеюсь, исправлять ошибки никогда не поздно и сейчас я делаю то, что хочу и давно должна."
"— Артем, — я стараюсь угомонить чувства, чтобы среди всех красок жалости к положению, он не подумал, что я жалею о решении, которое озвучиваю ему, — ты замечательный. Правда, я… Я всегда буду рада помочь тебе и…
— К нему собралась, да? — пренебрежительно перебивает он, скрипнув зубами.
— Нет. Я не ухожу к нему, я ухожу от тебя, — это правда. Сначала уж нужно мысли угомонить, а потом все остальное.
— Не делай этого, Арина. У нас все хорошо, — он пытается убедить себя или меня?
— Артем, ты же знаешь, что я не люблю тебя, — звучит главное. И я знаю, что это больно слышать, но я выбрала быть честной и любое умалчивание сейчас будет выглядеть, как надежда. Глупая и ненужная.
— Это не важно. Я смогу любить за двоих! Главное, что я тебя люблю! — акцент в последнем предложении на «я», как и во всех наших попытках исправить то, чему требовался конец. Артем эмоционально выкрикивает фразы, делая шаг ко мне, а я, не знаю почему, как-то рефлекторно, делаю шаг назад.
— Но так неправильно, — мой голос мягок, — ты достоин женщины, которая будет тебя обожать и сделает счастливым. Она разделит с тобой то, чего не могу я и ее не будут мучить призраки прошлого. Пожалуйста, отпусти меня, я все уже решила.
— Мы сами выбираем, что правильно и я выбрал тебя. И именно я вытащил тебя из того ада, помнишь? Ты помнишь, Арина?! — он говорит громче, вижу, как злостью бессилия наливаются его глаза.
— Конечно, помню, Артем, — «Ты ведь мне всегда об этом напоминаешь, и я чувствую свою вину за это.
