Просто так ведь эти сведения не добыть… ну и…

– Вы попросили Макса, – догадался я.

– Да, – кивнула Нора. – А ему почему-то вся эта история жутко не понравилась, он соединился с Петером и попросил того поглядеть, что там в Ковальске происходит."

"– Ох, не понравилась мне эта идея с прятками, не понравилась, – забубнил Макс, – нутром почуял, что дело плохо. А уж когда Петер позвонил и рассказал, что в Ковальске неслыханные дела творятся, мне совсем поплохело. Да в этом болоте много лет ничего не случалось, а тут! Одна вены себе перерезала, вторая от инфаркта умерла, третья под мотоцикл попала! Ну я и решил к тебе махнуть, у нас с чешским МВД соглашение, мы, сотрудники милиции, без визы туда летаем.

Я только Петера попросил: «Приставь к Ване соглядатая, чтобы в случае чего ему помог». Вот этот человек и увидел, как ты из фляжки хлебнул и упал, а твой собеседник скрыться хотел. Он его и задержал. Мы прилетели, когда ты уже в больнице был. Знаешь, что тебя спасло?

– Теперь понимаю, кто сопел у меня за спиной, – протянул я, – а что спасло, не знаю.

– Хилость организма, – сказала Нора.

– В каком смысле?

– Да в прямом, – пояснил Макс.

 – В чем коварство этого яда? Он убивает медленно, часа два-три. Были случаи, когда люди погибали через сутки. Пока яд «работает», жертва чувствует себя неплохо, ну разве что бывает мелкое недомогание, голова побаливает, желудок, а потом бац – и все! Если человека «промыть» в первый час после приема яда, он выходит из ситуации без последствий, только на этой стадии никто к доктору не бежит, потому что ничего не ощущает. Лена, попробовав яд, умерла быстро, через полтора часа, врачи установили инфаркт. А тебе сразу стало плохо, наблюдавший за тобой сотрудник сообразил, что во фляжке отрава. Сначала он скрутил Кольского, потом вызвал подмогу и врачей. Собственно говоря, это все.

– А Норе как удалось прилететь? – пробормотал я.

Макс и Элеонора снова переглянулись.

– У женщин свои секреты, – ответила хозяйка. – Впрочем, если этот ответ тебя не устраивает, объясняю: не имей сто рублей, а имей сто друзей.

– Но я бы заметил, – крякнул Макс, – что в данном конкретном случае вам пригодилось все – и рубли, и друзья!

– Значит, Михаил Стриженов не виноват, – вырвалось у меня, – он никого не убивал?

– Не убивал, но виноват, – загадочно ответил Петер.

– В чем?

– Ну, в частности, в похищении людей.

– Кого же он похитил?

Троица, сидевшая напротив меня, опять переглянулась.

– Мы что же, не сумели выполнить поручение Бугаева, – не успокаивался я, – не нашли Стриженова? Где же он?

– Да все время рядом был, – заржал Макс, – в шаге от тебя.

– В смысле? – оторопел я.

– Без смысла, – рявкнула Нора, – просто рядом! Не понимаешь?

– Нет, простите.