Я договорюсь, чтобы тебя довезли до Мен-Нефера и помогли поступить на службу, — заверил меня комендант гарнизона и тут же спросил: — У тебя есть, чем заплатить за проезд?

— Я приплыл на лодке. Если ее продать, то, надеюсь, хватит на оплату проезда, — ответил я.

— Надо посмотреть твою лодку. Если хорошая, помогу продать ее так, чтобы хватило и на проезд, и на благодарность мне, — сказал Анупу, которого я чуть было не заподозрил в страшном грехе — бескорыстности.

— Она стоит на берегу, — подсказал я.

— Завтра посмотрю, — пообещал он.

— Не украдут? — спросил я.

— Мои солдаты присмотрят за ней, — заверил комендант.

Угощать меня второй чашей вина он не отважился. То ли заметил, что пришлось не по вкусу, то ли тупо пожадничал. По мере общения с Анупу я все больше склонялся ко второму варианту.

— Я сейчас уйду домой. Живу здесь неподалеку. До завтрашнего утра не вернусь, если ничего не случится. Можешь ночевать здесь, — показал он на ложе, застеленное овчинами. — Я предупрежу, чтобы тебя кормили. Заплатишь мне после продажи лодки.

Мне оставалось только поблагодарить за такой щедрый жест.

Глава 2

Крепость Канала была метров сто двадцать длиной и около ста шириной. Внутри находилась казарма, храм богу Птаху, который в фаворе у нынешнего фараона, а потому и у всей страны, и десятка три двухэтажных домов из сырцового кирпича с плоскими крышами и высокими дувалами. В крепости жила местная знать, военно-административная и торговая, в основном египтяне. Все остальные — рыбаки, моряки, бурлаки, охотники, мелкие торговцы, по большей части «понаехавшие» — за ее пределами, в слободе, растянувшейся параллельно волоку и каналу.

Ближе к крепости дома были двухэтажными, основательными, а чем дальше, тем ниже и хуже. В самом конце стояло несколько шалашей из связок тростника и папируса, обмазанных глиной. Канализация есть в крепости, но нет в слободе. Воду доставали из колодцев с помощью «журавлей». Она была солоноватая, невкусная. Воду обычно использовали только для приготовления пищи. Пили пиво и вино, по большей части привозные, и коровье или козье молоко. Впрочем, коров я видел всего двух. Мне показалось, что климат стал жарче, чем был в предыдущую эпоху, поэтому коров пасти здесь практически негде, и их молоко стоит раза в два дороже козьего."

"Денег в виде монет египтяне еще не придумали. Используются кольца из металла весом граммов девять и девяносто. Первые, независимо от металла, называются кедет или кит (кольцо), вторые — дебен. Причем бронзовый дебен уже утверждается в роли денег и представляет собой согнутый в браслет кусок проволоки, а серебро и золото пока отстают.