Шипела, плевалась ядом и выкрикивала угрозы, относящиеся к моему ближайшему будущему:"

"– Ты на кого решил руку поднять, ничтожество?!! Удавлю!.. Кости переломаю!.. Сердце выгрызу!.. Мозг высосу!.. Мои псы возьмут тебя живым, и уж тогда ты узнаешь, ЧТО ТАКОЕ НАСТОЯЩАЯ БОЛЬ!!!

Прикованный огненными цепями к железному столбу, я стоял на топкой, дурно пахнущей почве у самой кромки плещущейся крови. А на противоположном берегу угрюмо толпились черные волкодавы с человеческими головами. Громадный вожак с физиономией Кузнецова застыл немного наособицу впереди стаи и яростно рычал, готовый броситься на меня по команде змеюки.

Однако та, захлестнутая ненавистью, приказа пока не отдавала и продолжала высказываться, мешая описания изощренных пыток с подзаборной руганью. В воздухе над зловещей стаей монстров приплясывал обглоданный крысами скелет с табличкой на груди: «Фуфел Константин Валерьевич. Уважаемый член современного общества. Зверски умерщвлен в застенках «Ночной стражи». Говорить Фуфел не мог. Зато пытался изъясниться на языке глухонемых и суетливо размахивал костяными руками. Рядом с ним и вокруг него летала слепая голова Кости Свистова с выжженной на лбу пентаграммой.

– Подставил!.. Погубил!.. Подлец!.. Негодяй!.. Мерзавец!.. – по-бабьи взвизгивала она, кривя перемазанные спермой губы, и вслед за взвизгиванием начала истошно верещать: – Но ничего, подонок, ничего! Близится твой последний час! И уж поверь, проклятый фанатик, этот час будет ужасен!!! Эй вы, души слуг Сатаны, убитых фээсбэшниками Корсакова! Восстаньте из ада и летите сюда поквитаться с негодяем!!!

Земля позади стаи вдруг вспучилась, разверзлась. Из образовавшейся прорехи вылетел сноп серного пламени, а вслед за ним – многие сотни призраков с перекошенными злобой харями.

От их разноголосого страшного воя мою голову стиснуло железными обручами.

– Отомстите!!! Отомстите!!! – закукарекала свистовская башка.

– Фас-с-с-с-с-с!!! – прошипел змееобразный «Н».

Стая черных псов взмыла над рекой в невероятном прыжке и вместе с тучей призраков устремилась ко мне.

Я задергался, пытаясь порвать огненные цепи. Застонал, заскрипел зубами и… проснулся у себя в номере. Уютно тикал будильник.

В незавешенном псевдоокне виднелись огни ночного Н-ска. Наволочка на подушке скомкалась, пропиталась пóтом… Я полежал минут пять, приходя в себя. Потом поменял наволочку, выпил холодной воды, выкурил сигарету, лег обратно в постель и… гадкий сон повторился по новой с точностью до мельчайших подробностей. Потом еще, еще и еще раз… В итоге, когда будильник прозвенел «Подъем», я встал разбитый, с ноющей головной болью и с противной горечью во рту. Прошел в ванную, посмотрел в зеркало и отшатнулся в отвращении.