И оно случилось — мой будущий муж оказался не только красивым и богатым, но еще и приятным в общении, обходительным, правильно воспитанным. Тахировы — очень уважаемая семья, и стать частью нее — настоящая удача.
Однако после скандала на свадьбе я больше не верю мужчинам. Не верю в их воспитание и благородство. Арсен казался мне идеалом. И он так легко поверил в фальшивые доказательства, опозорил меня перед всеми, хотя я уверена, мог выяснить все иначе.
У меня было время, чтобы обдумать случившееся уже не на таких эмоциях, как поначалу.
— Хасан, но как же так? — продолжает расспрашивать мама. — За кого? Или Тахировы одумались?
Вот тут отчим, наконец, смотрит на нее.
— Даже если бы одумались, считаешь, я должен отдать им Аишу после всего?
— Конечно же, нет! — мягко отвечает мама. Подходит к нему ближе, осторожно кладет ладонь на предплечье. — Я просто удивилась новости. Ты голодный? Давай, поужинай. Мы тебя ждали…
Она еще что — то говорит, но я почти не слушаю. Все мои мысли о том, кого же отчим выбрал мне в женихи?
У нас с ним довольно ровные отношения. Он меня не обижал и всегда относился как к дочери, хотя я с детства знала, что дядя Хасан неродной отец мне.
Но после того, что случилось на свадьбе, я просто не рискую задавать вопросы. Еще помню, как он злился, да и… В общем, я виновата перед ним. Что тут еще добавить?
Из мыслей меня вырывает мама — окликнув, а затем выразительно посмотрев. Подхватываюсь и помогаю ей накрыть на стол.
Ужин проходит почти как обычно. Иногда отчим отвечает на мамины вопросы, они обсуждают отвлеченные темы. Но я чувствую, как напряжение так и витает в воздухе.
Как вдруг дядя Хасан задает мне вопрос в лоб:
— Что, дочь, не спросишь, за кого пойдешь замуж?
Замираю под его внимательным взглядом. Чувствую, что это может быть и проверкой на послушание, и в то же время вопросом без подвоха.
— Если ты считаешь нужным сказать, то, конечно, я бы хотела узнать.
Замечаю, как мама напрягается. Смотрит на меня предупреждающе, будто думает, что я сейчас расскажу отчиму настоящую причину, почему я пошла в тот злосчастный номер.
За эти дни она несколько раз заводила этот разговор со мной и каждый раз убеждала, что я не должна рассказывать об этом. Как и о диагнозе, который мне поставили.
— Похвальная покорность, — усмехается отчим. — Пригодится тебе, когда выйдешь замуж.
— Хасан, не томи, — все — таки не выдерживает мама. — Это ведь серьезный вопрос.
— Именно, — кивает он. — И мужчины его решили между собой.
Опускаю взгляд в тарелку. Упрек справедливый, но как же хочется узнать, кто это! Все — таки это же мой будущий муж. А что если он будет хуже, чем Арсен? Что если после скандала так и будет считать меня порченной девушкой, и тогда…
— Ладно, вижу, тебе неймется, — усмехаться отчим.
