– Это новая игра? Что задумали на этот раз? Куда бежать, где умирать, каких злодеев разоблачать?

- Успокойтесь, я ничего не задумала, - произнесла я, взяв его за руку. – И никуда не сбегу. Я пришла к вам… В одной рубашке, если вы заметили.

Он скользнул по мне медленным жарким взглядом и процедил сквозь зубы:

- Заметил. Вот это и настораживает.

- Зря, - я сжала его руку в ладонях, чувствуя, как по всему телу разливается горячая волна. – Потому что я здесь не для того, чтобы вы подозревали меня в каких-то коварствах. Разве может муж подозревать жену? Мы ведь муж и жена, Гилберт. Вы не забыли?

- Трудно забыть, - произнёс он тем же тоном, но пальцы его уже сжали мою руку, стиснули крепко, погладили ладонь.

Казалось бы, такой простой жест, такое лёгкое прикосновение, а я задрожала. И совсем не от страха. Какой может быть страх, если рядом с тобой мужчина, о котором ты мечтаешь, слушая пение соловья? И пусть мама не рассказала мне, что происходит в алькове между мужчиной и женщиной, я всё равно не боялась. Уже не боялась. Потому что после пережитого в мастерской чучельника все остальные страхи казались лишь дамскими капризами.

- Вот и хорошо, что вы об этом помните, - сказала я, отвечая на прикосновение таким же нежным поглаживанием ладони. – Потому что я считаю, сегодня ночью нам надо заключить настоящий брак. Вы ведь не против, Гилберт?

- Что я должен для этого сделать? – спросил он, сжимая мою руку всё сильнее. – Сбегать за солимарскими булочками?

Тут я не смогла не усмехнуться, и он сразу это заметил и спросил:

- Смеётесь?

- Нет, не смеюсь, - ответила я. – Не надо булочек. Для начала поцелуйте меня, а дальше я полностью полагаюсь на вас. Что-то мне подсказывает, что у вас, господин эмиссар, больше опыта в любовных делах, чем у Роковой Роксаны.

В следующее мгновение я оказалась в объятиях графа. Он притянул меня к себе, прижав грудью к своей груди, и пристально всматривался мне в лицо, прищуривая тёмные, блестящие глаза.

- На свадьбе вы едва терпели мои прикосновения, - произнёс он, - краснели и бледнели, стоило мне заговорить о нас, а теперь убеждаете, что готовы идти до конца? Поосторожнее, Роксана. Я могу и поверить.

- Только этого я и хочу, - сказала я тихо, не делая попытки освободиться. - Помните, вы сказали, что внешне я холодная, но вы разглядели во мне огонь? И что это пугает…

- И завораживает, - закончил граф. – А вы сказали, что любили всех своих женихов.

- Верно, - подтвердила я. – И даже если вам это неприятно, я не могу солгать, что не любила их.

- Наоборот, мне нравится ваша честность, - сказал он. – Меня разочаровало бы, если бы вы собирались под венец не по любви, а по другим причинам.