— Сычев прикинул в уме, как бы он действовал сам, имея на руках такую же информацию, и выстроил четкую схему: сосед — «опускатель» Глущикова — сутенер Парфюм из «Лотоса» и допрос оного с пристрастием. Возможно, прямо в мотеле. Расколов сутенера, вы установите взаимосвязь между Глущиковым и Кадкиным, ну а дальше наш отдел без особого труда разгадает этот ребус. Неглуп, подлец, совсем не глуп! — Тут шеф почему-то вздохнул и тоже потянулся за сигаретой…
— Прибыли. Цель в полукилометре. Дальше придется пешком, — донесся из рации голос майора Шувалова, командира спецназовцев.
— Выгружаемся, — старчески прокряхтел начальник отдела. — И-эх, ноженьки мои казенные, поношенные, ревматические…
Снаружи в небольшом лесочке уже ждали семь наших оперативников и десять «омеговцев» во главе с Шуваловым!
— Попрыгали, — негромко сказал он.
Все привычно попрыгали, проверяя, хорошо ли подогнано снаряжение. Полковник тоже. Говоря о «поношенных ревматических ноженьках» он, естественно, прибеднялся. На самом деле Рябов обладал железным здоровьем и, допустим, в силовом задержании мог дать фору любому из своих подчиненных.
"— За мной, — скомандовал начальник отдела и быстро, бесшумно двинулся впереди отряда. В маскировочном халате «снег» он напоминал призрак, стремительно плывущий над землей. «Целью», как лаконично выразился спецназовец, являлось логово Сычева, где предатель, не сумев удрать за границу, укрылся после разоблачения.
Марков: Ты уверен, что Сычев не использует «Оскал»?!
Рябов: Напротив, обязательно использует, если у него не будет другого выхода и если, конечно, успеет.









