Юмористы все такие.
Глава 4
— У меня в холодильнике есть ещё торт. Обычный, — подвела итог мама.
— Я сейчас все уберу и принесу новый торт, — поспешно произнесла я.
— Хватит, принесла уже, — ворчливо говорит отчим, тяжело поднимаясь из-за стола.
Торт оперативно убрала, а ковер оставили на потом. Леня помог убрать его в чулан. Скорее всего, в химчистку ковер поедет, может, там удастся что-то сделать с обожженным ворсом.
Гости в зале. Зашла на кухню, чтобы помочь хотя бы с чаем, а там мама с отчимом. Мама совсем невеселая, а отчим и вовсе злой.
— М-да, ну что, молодец. Напилась на мамином празднике? Посмотри, на ногах не стоишь! — А отчим, между прочим, набрался еще больше, чем я.
— Гоша, не надо.
— А что не надо? Нет, я все уж скажу. Стараешься тут, стараешься для нее, хочешь сделать как лучше, а она носом вертит. А это все ей не то, это не так. Ты посмотри на нее — старая дева с гонором, ничего в жизни сама не добилась, мышь серая, выглядит как подросток, сидит на нашей шее, и нос от парня хорошего воротит. Мы ей его уже прямо на блюде готовенького подносим, на, только возьми, создавай уже свою семью, вырастай.
— Гоша!
Вот сейчас прям, конечно, обидно было. Молча вышла из кухни.
Быстро поднялась наверх и заперлась в своей комнате. Через минуту уже стучится мама, не получив ответа, дёргает за ручку.
— Саша, открой.
— Я хочу побыть одна.
— Саша…
За ручку громко нетерпеливо дёрнули
— Открывай давай и выходи. Гости сидят, ждут, а ты ушла! Хватит матери праздник портить.
— Гоша, иди уже!
Прерывисто вздыхаю.
— У меня голова болит. Я посплю.
Так и не открыла.
Выждала с полчаса, когда внизу заиграла музыка, уже одетая, тихонько выбралась из дома, за забор, и вот я уже сижу в вызванном такси.
— В город.
— Куда конкретно?
— В клуб какой-нибудь нормальный.
Водитель обернулся, оценивающе оглядел виднеющийся за забором огромный дом и завел машину."
"Сижу в салоне и раз за разом прокручиваю в голове неприятные, грустные мысли. Дело, конечно, не в сегодняшнем конфликте и пьяных, сказанных сгоряча отчимом словах, он, желая задеть, надавил на самые болезненные мои точки, о которых, конечно, прекрасно знает.





