Боялась я теперь не только за Клер – в моем сердце страхов стало в три раза больше.

– Если все хорошо, ты увидишь рано утром дым от костра. Когда я пойду встречать тебя, я буду петь твою песню. Договорились?

– Договорились. Я очень жду эту песню, Бернард. Побереги себя, прошу тебя. И Клер… Не оставляй ее в беде, если там беда.

– Клянусь, что Клер будет в порядке, даже ценой моей жизни, – он поцеловал меня и прошептал: – попробуй заснуть. Пара часов ничего не решит. Если я не вернусь к обеду, просто уходи.

Он, ступая как кошка – неслышно и мягко, ушел в темноту. Я сидела, прислушиваясь к ночи, но кроме редких криков сов, шума от падающих веток и копошащихся в листьях мышей вокруг не было ни звука. Мир спал, но мне было страшно даже закрыть глаза. Я боялась услышать выстрелы из мушкетов, крики.

Глава 74

– Элиза, проснись, милая, – осторожно тряс меня за руку Бернард.

– Боже, я заснула, Бернард. Что случилось? Как дела дома? – я схватила его за куртку и трясла, отгоняя остатки сна.

– Все хорошо, детка, не переживай, милая моя. – Прижал меня к себе Бернард. – Там все хорошо, нас ждут и собираются праздновать.

– Все живы и здоровы? А индейцы? Почему их там много?

– Там праздник, Элиза. У Клер и Сквонто вчера родился сын. Это первый человек, родившийся на нашем новом месте. Для индейцев это большой праздник."

"– Господи, давай быстрее поедем, прошу тебя, я так хочу домой, – меня начало отпускать, и вдруг появилось столько сил, что я могла бежать домой даже пешком.

К обеду мы вышли к озеру. Берег был уже зеленый, и за этот год все так сильно изменилось! Я вспоминала наш первый день, когда мы впервые пришли сюда. Сейчас это уже было похоже на цивилизацию.

Я поторопилась в дом, где нашла свою подругу с ребенком на руках. В ее глазах были слезы, мы впервые расставались так на долго:

– Боже, как же я боялась, что ты долго не вернешься, а еще сильнее, что больше не увижу тебя! – потянулась она ко мне.

– Все хорошо, видишь, мы снова все вместе, и нас стало больше, милая. Ты такая молодец, – ответила я, принимая на руки маленького члена нашей новой общины.

– Мы назвали его Патаноко, – радостно объявила мне подруга.

– А… Почему так? – старалась не выказать своего изумления ее согласием на странное индейское имя я, но она заметила мое замешательство.

– Это имя много значит для Сквонто, а мне понравилось его значение. Все хорошо, у него будет больше шансов стать счастливым с ним.

– А, по-моему, у него будет больше шансов, имея он английское имя.

– Я тоже так думала в начале, но… он успеет пожить счастливо и с ним, и даже его дети.

– Ну, как говорится, лишь бы тебе нравилось. Ты родила раньше срока?

– Да, это устроила наша индейская повитуха, иначе, она сказала, что у меня могут быть проблемы.