И без компаса ориентировался на открытом пространстве не хуже, чем другой человек ориентируется на улицах с детства знакомого города.

– У тебя карта в голове? – наивно спросил Мерабидзе.

– Она у меня на столе лежала, – объяснил Артем Василич. – Много раз смотрел. Даже мимоходом. А у меня, извини уж, голова так по-дурному устроена. Я даже специально карту никогда не запоминаю. Просто фотографирую и в памяти фотографию сохраняю. Потом, когда нужно, рассматриваю. Мысленно…

– И не ошибаешься?

– И не ошибаюсь… Говорю же, Господь дал дар – у меня голова так устроена. На карты и на ориентацию хорошо работает. С раннего детства при всем желании заблудиться не мог… Пять лет было, ушел из детского сада. Надоело, и ушел… Через весь громадный город. Из конца в конец… И без карты обошелся…

– А карта Дагестана? – задал Бесо естественный вопрос.

– Хуже. Я в Дагестане не бывал… Карта Дагестана у меня на столе не лежала… Не фотографировал, за неимением…"

"Это был дополнительный аргумент в пользу маршрута, предложенного грузинским подполковником. Более опасного, конечно, маршрута. Но кто знает, где в действительности поджидает опасность… Вдруг среди поисковиков умная голова найдется и решит, что беглецы направятся не самым коротким путем. Тогда и другой путь будет перекрыт, и, возможно, будет перекрыт более плотно. А подполковник Тамаров лучше других знал, что силы в таких случаях бывают весьма ограниченными, и при их распылении обязательно образуются дыры. Другое дело, что в розыске, как правило, принимают участие не только менты. Ориентировки на розыск рассылаются всем силовым структурам. В том числе и частям спецназа ГРУ, хотя они не правоохранительный орган, а армия. Но встретиться со спецназом ГРУ Тамаров не боялся. Даже если попадутся бойцы из другой бригады, даже если офицеры будут незнакомые, с ними все равно, он был уверен, договориться будет возможно. А в Дагестане скорее всего дело иметь придется с озлобленными постоянными покушениями местными ментами и с пограничниками.

Все эти мысли и последний аргумент Бессариона заставили Артема Василича проявить здравость мысли и даже мысленно согласиться с вариантом сокамерника – так лучше.

– И где первого из твоих друзей искать будем? – напрямик спросил Тамаров.

Мерабидзе назвал место.

– Выведу… – согласился Артем Василич. – Это не так и далеко. Те места я хорошо знаю. И дорога прямая, плутать по горам не придется…

* * *– Спишь, Василич?

– Ага… Сплю…

– Машина идет…

– Слышу, не глухой. Далеко еще… Успею три раза проснуться…

Отдыхать они договорились четыре часа на двоих. То есть каждому по два часа для сна, во время которого напарник остается часовым.