Предводитель Гамильтонов озадаченно нахмурился, но незнакомец, стоявший рядом, рассмеялся:
– Ты, должно быть, Фергюссон из Дуна. Только он смеет держаться подальше от драки.
– Я Ангус Фергюссон, – признался граф.
– Почему не скажешь, к какой партии принадлежишь? – спросил предводитель, поняв, что перед ним не враг.
– Фергюссоны из Дуна никогда не принимали ничью сторону, – пояснил человек, узнавший Ангуса. – Они действительно стоят за Шотландию.
– Королева должна вернуться, – заявил предводитель.
– В Шотландии должен воцариться мир, – возразил Ангус. – Если хочешь сражаться, сражайся с англичанами, не со своими соотечественниками шотландцами. Если начнем ссориться друг с другом, ничего хорошего это стране не принесет, зато Англия и остальная Европа будут очень счастливы.
– Ты должен выбрать, – настаивал Гамильтон.
– Я не принимаю ничью сторону. Я стою за Шотландию, – упорствовал граф.
– Оставь его, – посоветовал второй. – Мать его жены из Гамильтонов. Разве ты женился не на дочери Энн Гамильтон?
– Так и есть.
Он протянул руку и вывел коня Анабеллы вперед:
– Это моя графиня, которая ездила со мной по семейному делу. Я обнаружил, что она самая красивая женщина на свете, и буду драться с каждым, кто скажет иначе.
– Анабелла Бэрд, я твой кузен, Джон Гамильтон, – сказал человек, защищавший Ангуса. – Семья твоей матери будет рада знать, как высоко ценит тебя муж. За кого ты стоишь? За короля или королеву?
– За Шотландию, – слегка улыбнулась Анабелла.
Те из Гамильтонов, кто стоял ближе, дружно хмыкнули, и даже предводитель расплылся в улыбке.
– Благополучного путешествия, – пожелал он графу и его жене и дал им проехать.
– Спасибо, – кивнул Ангус, и они поехали дальше. До Дуна оставалось два дня пути.
Глава 14
Ветер доносил запах моря. Лошади тоже чуяли близость дома, и это придавало им сил. После того как они поднялись на последний холм и увидели впереди Дун и море, Ангус спешился, подошел к маленькой груде камней, нагнулся и пошарил под ней. Потом снова выпрямился. И едва вскочил в седло, как из камней взвилась маленькая ракета и взорвалась над замком.
Анабелла с изумлением увидела, как мост стал медленно опускаться.
– Я и не знала, что ты можешь подать сигнал! Как умно!
– Мэтью было приказано не опускать мост ни перед кем, кроме меня, – пояснил Ангус. – Так Дун невозможно взять без пушек.
– Матерь милосердная, пусть никогда пушки не встанут под нашими стенами. Но почему кому-то понадобится взять Дун?
– Времена меняются, и мы больше не так изолированы, как когда-то были."
"Они спустились с холма и въехали во двор, где поджидал Мэтью. При виде Анабеллы его лицо потемнело от гнева.
– Я не знал, что твоя ведьма поедет за тобой! – первое, что выкрикнул он. – Она провела меня.
