– Что за войско? Куда? Откуда вы их взяли-то?
Виктор сбавил шаг и подошел к оуновцам. Старший, увидев Буторина, узнал его и кивнул. Виктор, тяжело дыша, стал говорить:
‒ За нами по пятам идут с телегами, пулеметами «бандеровцы». Пытаются вслед за немцами на запад уйти. Мы успели перед ними проскочить по мосту, но они нас нагоняют. Ты со своими ребятами здесь их задержи. Я и своих хлопцев вам оставлю. Оборону занимайте. Якуба! Остаешься за старшего! Рассредоточьтесь, за деревьями укрывайтесь и головы не подставляйте. Я с Козорезом соберу всех, кто в лагере, и мы атакуем их с фланга, выбьем в чистое поле.
Буторин спешил к Артему что есть сил. Бежать было трудно, раненая нога просто отказывала, немела. Виктор боялся, что начнется воспаление, и тогда дело худо. А сейчас еще и времени нет на смену повязки, на чистую тряпицу или бинт, да на свежий листик подорожника. Разбередил рану! А этих оуновцев, которые драпают на запад, выпускать нельзя. Среди них могут оказаться как раз их харьковские лидеры, а у них могут быть и документы. Не пропустить, встретить их здесь. И хлопцы Козореза душу отведут, и ему польза.
То ли казалось, то ли в голове у него стучало. Нет, канонада действительно приближалась. Приближается фронт? На поляне стояли бойцы и прислушивались. И тут с опушки послышалась бешеная стрельба. Сначала раздавались автоматные очереди и редкие винтовочные выстрелы, потом в дело вступили пулеметы. Да еще несколько. Буторин поморщился. На посту мало боеприпасов, да и у тех, кто с ним пришел, тоже мизер при себе.
Козорез выбежал откуда-то из-за деревьев и кинулся к Буторину:
– Что творится? Откуда ты?
– Артем, собирай бойцов! Я с собой еще людей привез, но патронов мало, долго не продержатся. Сюда идут «бандеровцы», к реке хотят прорваться, пройти вброд на ту сторону. Сдается мне, что наши знакомые, а может, и Свирид с ними. Надо их задержать, навязать бой. Друга своего я вытащил, живой. Но пришлось у знакомого оставить на другой базе, а люди, что со мной пришли, надежные.
Козорез сразу все понял и быстро оценил ситуацию. Он начал отдавать приказы, подпоясываясь ремнем и засовывая в подсумок полные магазины от автомата. Несколько бойцов пробежали с пулеметами Дегтярева и немецкими МГ-42. Артем отдавал приказы командирам. Он отправил одну группу на помощь посту на опушке, дав ей два ящика патронов и гранат. Сам он возглавил большую группу с пулеметчиками, чтобы ударить во фланг прорывающимся «бандеровцам». На тот случай, если все же враг прорвется к реке, он предложил Буторину взять два десятка бойцов и занять дополнительную позицию на склоне. Это будет самый последний рубеж обороны."
"Лежа за стволами деревьев, оуновцы прислушивались к звукам боя. Сначала стрельба стала стихать.
