Причем исключительно в свою пользу. Хотя их личный доход был больше в десятки раз.
Приходилось лично проверять списки, и ставить на место зарвавшихся кабинетных крыс.
Нортман знал, что и его в этом ведомстве на дух не переносят. Особенно после того, как он отправил на виселицу пару человек, слишком нагло наполнявших свои карманы.
Но ругаться с ними приходилось каждый раз. И сегодняшний день не стал исключением.
Однако все это было жизненными мелочами, повторявшимся из года в год. И если бы неприятности ограничились только службой, то можно было бы выдохнуть и переключиться на другие дела.
Если бы не внезапный вызов к королю…
Резко остановившись, Нортман сжал кулаки.
Он и сам собирался заглянуть к его величеству. Как никак, надо же отчитаться о поездке должным образом. Но король и слушать ничего не захотел про Актай.
— Передайте доклад моему секретарю, граф. Я просмотрю, как будет время.
— Да, ваше величество. — мужчина развернулся, собираясь уйти, но был остановлен коротким жестом.
— Не так скоро, граф. Я не договорил. Извольте остаться.
Пришлось подчиниться. Хоть и без особого желания. Потому что одна подобная беседа уже закончилась браком с… С не самой приятной особой.
А судя по выражению лица монарха, в этот раз тоже ничего хорошего ждать не стоило. Радовало одно, подсунуть еще одну девицу сомнительного поведения король уже не сможет. Многоженство запрещено.
Поэтому мужчина просто приготовился слушать и…
И получил один из самых унизительных разносов в жизни. Даже отец, известный своим жестким нравом, так его не отчитывал.
Выражений его величество не выбирал. Если отбросить эмоции, суть сводилась к тому, что графиню, пока та была в Арельсхолме, попытались убить. Служанка. Возомнившая себя графской сестрой.
Да, в итоге удалось выяснить, что за покушением стоял граф Богудс… Но этот факт не снимал вины и с владельца Арельсхолма.
Ведь именно вы, граф Арельс, распустили своих слуг. Именно вы не следите за порядком в собственном замке. И еще десяток замечаний в подобном духе.
Нортман выслушал отповедь с каменным лицом. Если отринуть эмоции, умом он понимал причину королевского негодования. Теодор двенадцатый выдал бывшую баронессу замуж. И если бы новоиспеченная леди Арельс умерла в первый же год брака, это бросило бы тень и на репутацию монарха.
Но одно дело — понять ситуацию. Принять ее гораздо сложнее. А обдумать под потоком королевского негодования — практически нереально. Хотя подумать было над чем. И самый главный вопрос — на графиню действительно покушались? Или это только фикция, чтобы отвести глаза?
Так или иначе, домой мужчина вернулся на взводе. И даже не знал, на кого он злится больше.
