Это самый тупой его финт за все десять лет нашего знакомства.
Опускаю ладонь в ведёрко, убирая со лба холодный компресс. Бросаю его на пол и начинаю расстёгивать рубашку одной рукой, бросив взгляд на себя и на сидящую у моих ног девушку. Рубашка прям карикатурно заляпана кровью. Это не моя кровь, поэтому я не понимаю, откуда это ведро слёз. Чище и грамотнее дать кому-то по роже просто невозможно, хотя мудак умудрился вмахать мне по рёбрам.
Цыплёнок подскакивает, почувствовав моё движение, и быстро усаживается на колени между моих ног. Платье съезжает с тонкого плеча. Она быстро возвращает его на место. Я ни на одну секунду не забывал, что она под ним голая. Я рассчитывал очень неплохо этим воспользоваться, но всё вдруг пошло наперекосяк.
Из её груди вырываются писки и сдавленные всхлипы, а по щекам бегут слёзы. Тушь потекла. Ей нужно умыться, но она от меня не отлипает. Неизящно утирает мокрый нос ладонью и отталкивает мою руку, принимаясь самостоятельно расстёгивать пуговицы на моей рубашке. Кладу руку на колено, сжимая и разжимая кулак.
— Чё ты ревёшь? — спрашиваю эту балбеску, позволяя за собой ухаживать.
Её лицо кривится в очередном заходе. Я спрашиваю с совершенно искренним интересом. Я теперь знаю, что её голова большие потёмки.
— Того… — выдавливает она из себя, перебирая пальцами пуговицы.
А, ну ясно.
Я так и думал.
— Выключи свою ревелку, — прошу её на полном серьёзе. — У меня уже ухо заложило.
— Выключатель сломался! — злится она, сжимая губы.
Ор Паши привлекает моё внимание.
— Передай ему, что отдача замучает! — рычит и шипит он в трубку, а я вздрагиваю от неожиданности, потому что основания моей шеи касаются любимые нежные губы. Смотрю на неё строго. Она мятежно поглядывая на меня в ответ. Я хочу её губы, но я пальцем её не трону, пока мы не поговорим. — Попробует создать нам проблемы, — продолжает переговоры брат. — Я ему создам такие, что он вернётся в свою Челябу на ПМЖ. На свою, бл*ть, малую родину! Я могу так сделать, если захочу. Донеси до него это и перезвони мне завтра!
Да, Паша тот ещё переговорщик. Тонкий, бл*ть, дипломат. Отец бы офигел от такого способа ведения переговоров.
Может ли он создать Максу проблемы? Думаю, при достойной мотивации может.
Ещё один лёгкий поцелуй приземляется на моё плечо.
Засранка.
И ещё один между ключиц.
Зелёные глаза заглядывают в мои с напускной кротостью. Я просто кусок пластилина. Поднимаю руку и провожу пальцами по её голой спине, вдоль тонкой линии позвоночника. Она придвигается ближе, кладя ладони на мои бёдра. Тихо сопит, прижавшись лбом к моему подбородку. Накрываю её голову ладонью и шепчу ей на ушко:
— Ты сегодня огребаешь, малыш. Не расслабляйся.
