В меня больше не лезет, -пожаловалась она, с тоской глядя на вкусняшки. — И ты не ешь, а то я от зависти заболею и умру. Все, я пошла поплаваю, а то так совсем в тесто превращусь.
— Эм, может, ты подождешь, пока привезут купальник⁈
— С чего бы мне ждать? Мне нечего и некого стесняться, так что не будь занудой, сынок. И вообще, ты забыл, что мы с тобой молодожены, и нам положено бегать голыми? — опять хихикнула она и, ничуть не стесняясь, скинула халат. Чуть пошатываясь, двинулась к бассейну.
М-да, кажется, градус в вине, которое мы пили, был немного больше заявленного, или это так пережитый стресс сказывается? Все-таки она прошла по грани и то спокойствие, что она показывает, совсем не то, что чувствует… Впрочем, мы ведь тут именно для того, чтобы расслабиться и вернуться домой в рабочем состоянии, а не дерганными неврастениками."
"Стук в дверь прервал мои размышления. Встав, я тоже чуть качнулся — м-да, вино точно было с сюрпризом, — и пошел открывать. За ней оказался заметно нервничающий и потеющий курьер, вцепившийся в ручки тележки с кучей свертков. Быстрое сканирование ничего подозрительного не обнаружило, и я забрав вещи, развернулся, чтобы зайти в номер.
— Господин? — услышал за спиной я его голос, и меня это почему-то взбесило.
— Что еще? — грубо отозвался я, размышляя, как его убить — быстро или чтобы помучился.
— Курьерская доставка оплачивается отдельно, — промямлил он.
— Так и чего сиськи мнешь⁈ Нельзя было сразу сказать⁈ — рявкнул я, делая перевод. — Пошел вон отсюда, пока не пришиб!!! — хлопнув дверью, я с минуту боролся с собой, чтобы не догнать его и не оторвать бестолковую голову. Бесит!!!
— Кто там, Сереж? — раздался голос мамы.
— Да идиот один вещи притащил. Чуть не прибил гада. Сервис тут полное дерьмо!
— Забудь. Иди лучше поплавай, водичка божественная.
Мысль о воде показалась мне интересной. Пнув тележку с вещами, я скинул халат и направился к бассейну. Мама лежала у бортика, раскинув руки по его краям так, что я видел ее тяжелую грудь.
Дав себе мысленного леща, чтоб не пялиться, я бомбочкой сиганул в воду и улегся на дне, любуясь небом. Без воздуха я мог обходиться очень долго, поэтому никакого дискомфорта мне это не доставляло. Мысли потекли вяло, и вот я уже не мог понять, за что взъелся на бедного паренька. На меня это совсем не похоже. Надо будет найти его и извиниться повышенными чаевыми. Бросаться на людей, выполняющих свою работу — последнее дело.
Надо мной медленно проплыла мама, и я опять увидел всю ее, даже то, что обычно девушки прячут. Мой друг, несмотря на все уговоры, жил своей жизнью и тут же воспрял.
