Они меняли очертания гор и морей, развязывали войны, соревнуясь друг с другом, у кого магии больше и кто искуснее ее использует, и, наконец, потоки иссякли."
"После того, как магия уходила из мест, те пустели. Мастера уезжали туда, где она еще была. Вместе с ними перемещалась светская жизнь, аристократия, богатые ремесленники, арендаторы, фермеры и прочие. Те, кто работает на плодородной земле. В Белой пустоши таковой, увы, не осталось. Территорию род Керн получил огромную, но вот денег она почти не приносила. Каждый год отцу с трудом удавалось собрать золото для императорского налога. Мы являлись самыми крупными землевладельцами в округе, и налоги с нас брали соответственно, самые большие.
Конечно, радугой называть поток было неправильно. Цветов хоть и было семь, но назывались они по-другому, да и оттенки отличались. Жаль, что ни мой отец, ни Марика, ни слуги были не сведущи в потоках, в замке не было ни единой книжки о магах, и тем более, об истоках. Приходилось учиться и тренироваться самой.
Наощупь мой поток был как плотный упругий воздух, я могла выдернуть любой луч из него и использовать по своему усмотрению. К некоторым лучам достаточно было лишь прикоснуться, другие приходилось доставать, плотно обхватывая их пальцами. Лучи были разной ширины и плотности. Самым широким был коричневый, а самым тонким – золотой. Молочно-белый поднимал вверх все, на что его направишь, я его так и называла – воздух. Сиреневый я звала камнем, он делал предметы твердыми. С его помощью я немного подправила фундамент.
Когда первому Керну дали майерство на территории поместья уже стоял замок. Он был громадным, старым и полуразрушенным. Предки отца кое-как отремонтировали одно крыло, в котором мы сейчас и живем. Я могла бы легко починить и остальное, сиреневым лучом пользоваться научилась быстро, но отец запретил. Сказал, что замок стоит на возвышенности, и все вокруг привыкли к его виду. Если замок преобразится, люди заинтересуются, кто это сделал. А мастеров в нашем краю нет, да и не могли мы позволить себе их услуги.
Светло-салатовый луч лечил. Если его направить на больное место, боль уходила. С его помощью я вылечила радикулит у нашей поварихи, шрамы Марики, старый перелом ноги у Ирвина, конюха, садовника и плотника в одном лице. И вообще, вылечила всех в замке. За это папа меня похвалил, так как слуги были пожилыми, а новых нанимать было опасно. Кто знает, что они сделают и куда побегут, узнав про источник.
Комбинация зеленого с белым заставляла предметы двигаться. Однажды я оживила стул, и он принялся скакать по гостиной, как молодой жеребенок. Едва успокоила, направив на него сиреневый луч. Стул окаменел и застыл. Серебристый луч я назвала светом.
