Буланский же постоянно бросал заинтересованные взгляды, от которых некуда было укрыться.

Многие гости остались на вторую часть вечера, а мы после завершения ужина незамедлительно вернулись домой.

— Мне кажется, ты выпила слишком много вина, — упрекнул Рома, пока я стелила постель."

"— Правда? Я думала, что ты замечаешь только Светлану и других членов компании, — пререкнулась, вспомнив их откровенные дебаты. — Полагаешь, у меня не было повода выпить?

— Что с тобой случилось?

— Абсолютно ничего, — соврала, воскресив приставания Буланского. — Как давно ты свободно общаешься с юристом?

— Вот поэтому я против, чтобы ты пила вино на мероприятиях. Сколько бокалов осилила? — переиграл Рома вопрос. Он снимал рубашку.

— Не уходи от темы! Раньше ты говорил, что юрист никакая, и пора бы её заменить. На приёме ты только с ней и общался. Получается лгал? Рома, ты думал я ничего не замечу? — подозрительность полностью завладела сознанием.

— Для чего мне было думать об этом? Она просто наёмный работник. Забудь о ней! Порой ты бываешь невыносимой. Слишком надуманная подозрительность. Слишком!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Он лёг в кровать с недовольным лицом и как обиженный ребёнок повернулся спиной.

Может, я зря запаниковала, и он прав, это действие вина отразилось? Как всегда, хотелось верить мужу, но сегодня что-то перевернулось внутри.

Я не могла заснуть, снедаемая разными мыслями, к которым примешивался дьявольский образ Буланского. Его выпад на юбилее не был пьяной прихотью. Слова, оброненные Игорем, не были опрометчивостью. Ворочаясь и рассматривая спину мужа, пыталась понять, что и когда я упустила. Слишком много совпадений, отбирающих покой, настойчиво стучались в закрытые подсознательные двери.

Сколько времени он проводит с ней в одном офисе? Восемь часов в день пять дней в неделю на протяжении полутора лет плюс мужской клуб. Никакого сна не предвиделось. Встав с постели, ушла в кухню, достала сковороду, продукты и утешаясь ночной готовкой, добивала себя очередной порцией негативных мыслей. Этим вечером я как-будто заглянула в чужое окно и увидела то, чего не стоило видеть.

— Прости, — Роман слишком тихо подошёл и выключил плиту. — Я не хотел тебя обидеть. Идём в постель.

— Нет.

Он слишком хорошо знал, как надо действовать. Притянул, сгрёб в объятия, наградил поцелуем. Раз и ещё раз. Он проник языком в рот. Поцелуй Ромы был очень нежным, но что-то внутри меня сопротивлялось. Сердце сжалось от боли. Руки мужа обнимали за талию, и впервые в отместку я представила на его месте чужое лицо. Стало легче, но холодные глаза не отпустили.