– После первого же дня дегустации я категорически отказался прикасаться к винам, так этот шельмец умудрился сначала налить коньяка в чай, в следующий раз подал совершенно ужасные пирожные, пропитанные…, – щеки мага заалели то ли от смущения, то ли от злости, что сразу же навело меня на мысль – пропиткой послужил любимый Аленом местный афродизиак. – Знай Пресеньваль о возврате магических сил, разумеется не стал бы накачивать меня алкоголем, понятное дело, одно с другим не совместимо. Но посвящать его в семейные секрет не стал, тем более при таком количестве народа, что толчется у него сейчас в особняке.

Семейный секрет – звучит-то как приятно! Но стоит ли заниматься самообманом? Даже если на самом деле не напивался Зак от тоски по Эвенизе, это вовсе не говорит, что не подстораживал ее в гостиной Алена, не мечтал увидеть, переброситься хоть словечком.

– Я уж не говорю, о том, как мучительно находиться в дали от дома и семьи, – добавил Зак.

Верю. Действительно верю, ведь Переговорный не позволил бы солгать. Вот только чувств к Эвенизе это никак не отменяет. Поэтому проще сделать вид, что ничего не слышала или просто пропустила мимо ушей, и не питать пустых надежд. Падать с розовых облаков, ох, как больно.

Немного помолчав, Зак прокашлялся. Чего это он? Кажется, уже все, что хотел, сказал. Ищет новые темы для разговора? Не устал за день? Это я на кухне вынуждена возиться, чтобы прибрать после ужина да приготовить задел на утро, а он мог бы и спать отправляться.

– Ань, ты книжку Всеведа не видела?

– Дневник?

– Да, тот самый. Хотел перед сном еще раз пролистать.

– Нет. Как утром тебе отдала, так и не видела. Если приносил обратно, то может…

– Да нет, наверно у Пресеньваля в особняке оставил.

– М-м, – говорить больше было не о чем. А Зак все не уходил. Чисто из вредности высыпала перед ним мешочек крупы и вручила большую миску. Маг молча принял, лишь ухмыльнувшись, и взялся перебирать.

– Аня…

Ага, все-таки не просто так высиживает рядом, что-то хотел обсудить.

– Слушаю, – смахнула тыльной рукой со лба так некстати выбившуюся из ракушки прядь волос и продолжила вымешивать тесто для сырников. Краем глаза заметила уставившегося на меня Зака, но вида не подала. Что же, дорогой, ты от меня на этот раз хочешь?

– Я давно собирался тебе сказать…, – трудно ему дается задуманная речь. Помочь?

– Да ты не отвлекайся, говори и перебирай одновременно, – подсказала я, надеясь, что общение пойдет попроще, – а то мы с тобой так до утра не управимся.