Я выпускаю коробку из ладоней и резко выпрямляюсь. Волосы падают на лицо, закрывая обзор на секунду, но потом я вижу его прямо перед собой. Он как будто и правда ждет, что я размахнусь и хорошенько приложу его. На его лице штиль и только в глазах чувствуется нехороший накал.
— Милая, — выдыхает он с хриплым отзвуком. — Мой котеночек…
Он выбирает эти слова специально, я в один момент осознаю, что он провоцирует меня и не могу ничего поделать с собой. Меня срывает.
Я бью его по холеному лицу, что-то выкрикиваю и замахиваюсь снова. Вторую пощечину Игорь ловит, он ловко перехватывает мою ладонь, сдавливает ее в замке крепких пальцев и притягивает к себе. Я тут же падаю на его каменную грудь, теряя равновесие из-за рывка.
— Мне ничего не жалко, — шипит он, понижая голос. — Я готов всё отдать тебе. Это ты рушишь нашу семью, даже выслушать меня нормально не можешь…
— Я рушу? — шок оглушает меня и я на рефлексах дергаю руку, пытаясь освободиться из капкана Игоря.
Но он не отпускает.
Он наклоняется ко мне, заглядывая в лицо и заставляя ощущать, как его липкие выдохи струятся по моим щекам.
— Когда ты поймешь, что я люблю тебя? По-настоящему, мать твою! Я без тебя с ума схожу…
— Игорь, ты делаешь мне больно.
Пальцы уже онемели. Я почти не чувствую их.
— Я знал, что у тебя такой характер. Ты взрывная и гордая. Только поэтому я переписал имущество на себя. Чтобы ты не ушла, слышишь⁈ Да, я хотел, чтобы ты зависела от меня! Да, Саша! Ты нужна мне, и я готов был привязать тебя любым способом. Ребенка я не мог тебе дать, оставались только деньги.
Он рвется ко мне, и я едва успеваю увернуться от его поцелуя. Тогда Игорь приобнимает меня второй рукой и встряхивает как тряпичную куклу.
Я же лихорадочно пытаюсь понять, как нужно себя вести. В голову ударяет мысль, что остервенело сопротивляться бесполезно. И даже опасно. Это как подбрасывать поленья в разгорающийся костер. Каждое мое злое движение распаляет его.
— Иди ко мне, — шепчет он. — Хватит, милая… Хватит издеваться надо мной, я всё осознал.
— И что ты осознал?
Я свободной рукой ловлю его подбородок и из последних сил выставляю дистанцию между наших губ. Мне трудно дышать, он так жадно сжимает мое тело, что я не могу сдвинуться даже на миллиметр.
— Что мне нужна только ты, — отвечает Игорь, скользя потемневший взглядом по моей шее и ниже, ниже. — Я справлюсь с собой, я что-нибудь придумаю, пройду лечение, если надо… Больше никаких шлюх. Я обещаю тебе.
— Игорь, слишком поздно.
— Нет, — он говорит, как отрезает, и по моей спине проходит холодок. — Ты сама знаешь, что только ты всегда имела значение. Ты даже ничего не знала. И не узнала бы. Я сделал всё, чтобы эта грязь не коснулась тебя.
— Вот именно, Игорь! Грязь… Ты нес ее в дом, в нашу постель.
