- Хотя знаешь что, сиди там и жди меня, я сегодня же выезжаю, и сама тебя заберу. Мне нужно поговорить с этим Лешей.

- Мама, не надо. Он здесь ни при чем, это я виновата. Только я! - я кричу ей последнюю фразу, чтобы услышала меня, поняла. Женщина, проходящая мимо, оборачивается на меня, смотря как на сумасшедшую, но мне все равно. Я хочу, чтобы мама меня поняла. - Я сама этого хотела. И не жалею. Слышишь, не жалею! - срываюсь в истерику, сбрасываю звонок, нервно закидываю телефон в сумку.

Я ничего не чувствую, мне даже уже не холодно. Я потеряла все ощущения. Просто сижу на этой лавочке, и смотрю вдаль, иногда переводя взгляд на мрачное небо, которое вот-вот разразится холодным осенним дождем. Внутри царит оглушительная пустота. Я никто и никому не нужна, совсем никому. Потому что я всех подвела, не оправдала надежд. А я просто хотела любить. И полюбила, но не того. Чужого. Мое глупое сердце выбрало его, и я шла на поводу его учащенного ритма, не понимая,  к чему это может привести.

Мелкие капли дождя падают с неба, ветер поднимает сырые пожелтевшие листья с земли, люди ускоряют шаг, торопливо спешат скрыться от надвигающейся непогоды. И я по инерции поддаюсь всеобщей панике, соскакиваю со скамейки и спешу неизвестно куда. Я убегаю не от дождя, а скорее от себя. Выбегаю из парка и только сейчас замечаю, что на улице начинает темнеть. Но мне все равно, разве время имеет значение? Я просто бреду уже в никуда, промокшая до нитки, со стекающей водой по лицу, волосам, но мне плевать. Мне так хорошо."

"Прохожу мимо заброшенной и уже полуразрушенной стройки какого-то четырехэтажного здания, захожу туда, сквозь дыру в заборе, чтобы спрятаться от дождя. Оглядываюсь по сторонам, темно, грязно, мрачно, но мне не страшно, мне все равно. Я не хочу домой, мне некуда возвращаться, здесь у меня нет дома. Если я вернусь в квартиру, я могу застать там Лешу. А я не хочу с ним встречаться. Мне не нужна его жалость и объяснения, почему мы не можем быть вместе. Не хочу этого слышать! Мне и так все понятно. В сумке, вновь, начинает звонить телефон, наверное, уже в двадцатый раз, но я не обращаю на него внимания, меня нет. Я не хочу никого слышать. Я исчезла, испарилась так, как приказала мне Марина.

Поднимаюсь по полуразрушенной лестнице, все выше и выше, на последний этаж, цепляюсь промокшей курткой за какую-то, торчащую из стены проволоку, дергаю рукой, отрывая кусок ткани, продолжаю движение.

Все происходит как в тумане, двигаюсь почти на ощупь, трогая руками пыльные стены. Ощущаю слабость во всем теле и сильное головокружение, от которого меня шатает. Спотыкаюсь и падаю, разбивая коленки в кровь, но поднимаюсь и продолжаю движение. И вот я у цели, на последнем этаже, дальше дороги нет.