Но он не компетентен в этом вопросе.

А я значит компетентна?! Я даже не знаю с кем переговоры и…. Да, блин! Ну, судьба, ну, спасибо! Не пнула, а так, поржать решила чуток!

– К кому я могу обратиться, если у меня возникнут вопросы?

– Ко мне.

– До какого времени?

– Учитывая все обстоятельства, до утра.

Я усмехнулась.

– Хорошо. Это все?

– Да. Вера Владимировна, я понимаю, что задание непосильное. Вы можете отказаться, но нам правда понадобится завтра любая помощь.

– Хорошо. Я постараюсь.

– Завтра в семь вы должны быть на рабочем месте. Обычно рабочий день начинается в девять. Но сами понимаете всю нестандартность ситуации. И у Вас будет два часа, чтобы сработаться с Ревским.

– Ревский?

– Ревский Сергей Вениаминович.

– Ясно.

– Пойдемте, я покажу вам ваше рабочее место. Пропуск будет готов завтра. Я сама вас встречу.

***Я вышла на воздух. Не скажу, что мне было душно, но как-то нехорошо. Прижав к себе обе папки,  посмотрела на стоянку: мистер Айс исчез. Растаял, наверное. Вздохнув с облегчением, я села на скамейку, чтобы надеть ортез. Все-таки ехать в общественном транспорте с поломанной рукой не стоило, но на такси денег не было.

Довольно быстро я добралась до дома. Егорка уже заждался. Он опять был долго один. И опять я задержалась из-за мистера Айс.

– Мам, я так скучал, – я прижала к себе своего ангелочка.

– Прости, малыш.

– Мам! Я уже не малыш! – нахмурился Егорка.

– Хорошо, хорошо. Но я все равно тебя очень люблю!

– Я тебя тоже! – меня обняли крепче. Вот что еще для счастья нужно?!

– Егор, меня приняли на работу.

– Папа? – в голосе моего сына было столько эмоций!

– Нет. Не папа. Чужая тётенька.

– Она злая?

– Злая? – Я на секунду задумалась. Чащина мне не показалась злой. – Нет. А почему ты спрашиваешь?

– Ну, если тётя злая, то может тебя обижать.

– Нет. Она меня обижать не будет, – улыбнулась своему защитнику. Скорее будет давать непосильные задания. Но и это зависит не от нее. – Егор, мне завтра уже нужно идти на работу.

– Завтра?!

– Да, малыш. – Егор расстроился и не заметил, что я снова назвала его «малышом».

– А я?

– Тебе придется идти в детский сад.

Звучало ужасно. У меня было такое ощущение, что я отдаю своего сына в детский дом!

Я погладила по щечке нахмурившегося Егора.

– Хорошо. Я понимаю, что так надо. Даже, если я и очень, очень не хочу. А почему меня нельзя оставить с бабой Лидой?

Баба Лида, Лидия Александровна, наша соседка, смотрела за ним, когда мне куда-нибудь было нужно уйти. Но напрягать на целый день девяностолетнюю женщину мне не хотелось. Девяносто ей, конечно, не дашь, но с паспортом не поспоришь. Она сама ходила в магазин, каждый день гуляла, и иногда приглядывала за Егоркой.

– Егор, бабе Лиде будет тяжело сидеть с тобой целый день.

– Я буду вести себя хорошо! Обещаю!

– Я знаю. Но пойми, ей будет трудно.