Тогда я бы еще немного подкоротил и иначе уложил.

Через два с половиной часа она с удовлетворением смотрела в зеркало на свои платиново-белые волосы.

Вот теперь можно было идти в офис.

Но прежде Алина вернулась домой.

В квартиру первого мужа.

Включила наконец гаджет. Надо же, сколько пропущенных от Хайдарова. Занервничал дорогой муж, будет умолять ее вернуться, или не все успел продать? Ай-ай-ай, не успел. А она успела. И сейчас ей было плевать. Пусть нервничает.

Убрала гаджет на стол, а сама ушла в кухню.

С утра она успела перехватить только йогурт. Сейчас уже хотелось есть.

На миг вернулось прошлое. Первое время после свадьбы она готовила для Вадима, старалась, чтобы ему понравилось. Но он ел все это с каменной физиономией, наверное, даже не чувствовал вкуса. С тех пор она больше не занималась этим.

Для Хайдарова она не готовила тем более. Заказывала доставку.

Да, она не мать. Мать до сих пор своими руками готовила для отца что-то особенное, хотя Алина не помнила, чтобы Алишер Шамаев хвалил когда-то стряпню жены или как-то выражал эмоции.

Маме говорила, что в этом и есть любовь.

Теперь надо было одеваться, время — одиннадцать сорок. И к этому Алина подошла с особой тщательностью. Она вообще никогда не выходила из дома небрежно одетой, а сейчас ей нужно было выглядеть. Строгий деловой костюм, под него корректный белый топ, лодочки ручной работы, такого же цвета сумка известного бренда.

Одного взгляда достаточно было, чтобы понять — она выглядит дорого.

Алина еще раз оглядела себя в зеркало и вышла из квартиры.

Пока ехала в офис, волнение, которое она все это время загоняла внутрь, подняло голову. Ей было страшно и дико, до слез позорно. Она дочь владельца, наследница, и будет работать тут секретаршей.

Чего стоило пересилить себя и войти. Наверное, проще было содрать с себя кожу. Ее тут знали, с ней здоровались, Алина только кивала в ответ и твердо шла через холл. Ведь пока самое страшное не произойдет… Она и потом собиралась держать лицо, чего бы ей это ни стоило. Но переступить порог приемной страшно было все равно.

— Здравствуйте, Алина Алишеровна, — увидев ее, девушка, сидевшая за столом в приемной, сразу поднялась с места. — О вас доложить?

— Доложите, — кивнула Алина холодно.

А у самой от дикой несправедливости сжималось сердце. Но она только вздернула вверх подбородок. Девушка исчезла за дверью, через минуту появилась снова и проговорила:

— Проходите, пожалуйста, Александр Тагирович ждет вас.

Этого Камалова назначили только недавно, Алина не знала его в лицо. Впрочем, это и неважно, он был ей неприятен априори.