Она открыла рот от новых ощущений и стала делать поступательные движения.

Она видела, какую боль причиняет несчастной, что-то разрывая в ее, еще сухой промежности, но уже не могла остановиться. С каждым движением она стимулировала свой клитор и уже через несколько минут она, обняв девушку громко стонала, вгоняя в нее член все глубже и глубже, грубо вторгаясь в ее матку. Жертва хрипела, зажмурив глаза и из уголков ее рта шел непрерывный поток слюней.

Майя готова была кончить с минуты на минуту, но Вячеслав остановил ее.

– Не спеши любимая, у меня есть для тебя еще кое-что, но сперва я хочу разработать ее девственную дырочку, ты уступишь мне место?

Майя нехотя вышла из насилуемой и та ненадолго с облегчением вздохнула. Но пауза была мимолетной. Вячеслав грубо перевернул ее на живот и быстро задрал импровизированный подол из полотенца.

Входил он грубо и жестко. Для новоявленной проститутки это был довольно болезненный анальный эксперимент.

Девушка взвыла и заметалась, пока он все дальше и дальше проталкивал свой член в ее прямую кишку.

– Не ерзай! Расслабься! Видишь туго идет! Не сжимай! – командовал Вячеслав, но она его словно не слышала, обезумев от внезапного и резкого вторжения, она еще сильнее сжимала ягодицы, доставляя мужчине небольшие болевые ощущения.

– Надо было ей анальную пробку вставить заранее, – бросил он коротко, обращаясь к Маей, – просто, невероятно, узко!

– Мой господин, давайте я помогу расширить для вас это отверстие, – она схватилась за свое искусственное достоинство и помахала им в воздухе.

Мужчина слез с несчастной и уступил место своей любимой. Сам устроился поудобнее перед жертвой и поднял ее лицо.

– Смотри на меня! – крикнул он, – я хочу видеть твои глаза, когда моя любимая войдет в тебя!

Майя с большим трудом смогла войти в узкое отверстие, и ей пришлось слежка порвать бедняжки ее девственный вход, повреждая слизистую оболочку и внешний сфинктер ануса.

Она могла бы использовать смазку, но не хотела расстраивать своего мужчину, Майя знала, как он относится к всем этим, облегчающим жизнь, приблудам. Он всегда был против, чтобы они использовали какие бы то ни было смазки при изнасиловании Ангелины. Майя испытывала боль за подругу, наблюдая, как Вячеслав с завидной регулярностью терзает ее многострадальное анальное отверстие и постоянно заставляет ее корчиться в агонии. Вот и сейчас, согласится ли? Если он не разрешал использовать смазки даже для Ангелины, которую горячо любил, то имеет ли смысл настаивать?

Вячеслав упивался страданием в полной мере. В какой-то момент, он чуть не спустил прямо на лицо страждущей, но сдержался. У него на нее еще были планы.

Когда Майя достаточно расширила узкий вход, она уступила место Вячеславу, смиренно отходя в сторону.