— Что же мне теперь делать? — тихо пробормотала я, совершенно разбитая после всех умозаключений.
«Жд-дать знак» — вновь вынырнула из подсознания Глория, знатно испугав меня.
— Никогда не любила ждать у моря погоды, — буркнула я, борясь с раздражением.
Какой ещё знак? Камень на голову, с кратким пояснением моей дальнейшей судьбы?
«Созд-дающий никогда не б-бросает д-дитей своих, — начала проповедь девушка, явно являясь истинной фанаткой местного божка. —Он т-точно под-даст нам знак, в-вот увид-дишь!».
Святая наивность, тьфу. Вот как таким фанатикам что-то доказывать? Я и в родном-то мире не особо верила во все эти религии, что уж говорить за совершенно незнакомый мир и его пантеон.
— Хорошо, знак так знак, — медленно протянула я, открывая глаза. — Чем ты обычно занимаешься? Почему тебе запретили выходить?
«Я-я обычно п-помогаю слугам,— начала перечислять Глория, —м-молюсь и ин-ногда с-собираю т-травы. А в-выходить н-нельзя, п-потому что г-гости в-важные едут».
— Значит, тебя стесняются? — уловила я главное, и самое неприятное.
"«А к-как же,— чересчур легко призналась девушка, отчего я даже впала в ступор. —Бел-льмо на род-ду н-никто не л-любит».
— Всё с тобой понятно, — тяжело вздохнула я.
Она была той, кем пытались сделать меня. Сломленной безвольной служанкой, недостойной ничего в жизни. Видимо, в Глории был слишком слабый стержень, что не выдержал всеобщего презрения из-за статуса. Мне было невероятно жаль девушку, которая смирилась со своим положением.
Детские воспоминания полезли в голову, сжимая её в тиски. Я несколько раз встряхнула ею, прогоняя их.
Теперь придётся искать новый смысл жизни, ещё и в компании Глории.
— Глория, ты очень хочешь остаться в этом доме? — немного помолчав, спросила у девушки.
«А р-разве есть в-выбор?»— удивлённо спросила владелица тела.
— Выбор есть всегда, — мрачно произнесла, уже выстраивая план действий.





