— Равняйсь!

Сначала я не понял, почему вдруг стало тихо. Мои сослуживцы вытянулись по стойке, при этом едва сдерживая смех. Боец явно перепутал и подал неверную команду. Чуть повернув голову влево, в дверях я увидел офицера в звании капитана. Здоровый мужик, судя по габаритам. Кажется, это и был ротный.

Ну, ясно. При появлении в подразделении командира, подается «Смирно». При чем тут «равняйсь»?! Растерявшийся Проскуряков и сам уже догадался, что перепутал команду, но исправиться не хватило смелости.

— Че ржете?! — криво усмехнулся офицер, окинув взглядом нашу компанию. Затем громким басом прогудел — Равняйсь!

Сразу вспомнил голос прапорщика Погребняка из фильма «9 рота», которого крутой и лысый Бондарчук играл.

Послышались смешки, но команду все выполнили исправно.

Спустя несколько секунд тишины, капитан вышел на центр прохода, заметил на полу кусок грязи, видимо отвалившийся с чьей-то подошвы.

— Дежурный! — гаркнул командир роты, ища взглядом сержанта. — Пулей ко мне!

Из дальней части расположения, спотыкаясь, выскочил дежурный по роте, с красной повязкой на руке.

— Товарищ капитан! Во время моего дежурства, происшествий не… — переходя на строевой шаг, отчеканил он.

— Отставить, Карпов! — рыкнул капитан. — Строй роту!

— Есть! Дневальный…

— Рота! На центральном проходе становись! — взвизгнул Проскуряков, отчего ротный даже скривился на один глаз. Обернулся к сержанту.

— Я тебя по-человечески прошу, сними с тумбочки это недоразумение! — он указал на Проскурякова. — Что, с нормальным голосом дневального не мог поставить?

— Виноват, исправлюсь!

Хоть опыта срочной службы у меня и не было, в этих вопросах полным профаном я все же не был. Военная кафедра дала некоторые плюсы и общее представление. По крайней мере, я не зеленый дух, а старослужащий, да еще и в погонах младшего сержанта. Стало быть, можно чуток расслабиться! Хорошо бы еще понимать границы, как можно делать и как нет. Ничего, освоюсь. К тому же, судя по всему, скоро дембель.

Вся рота меньше чем за полминуты построилась на центральном проходе. Я занял место во главе отделения, что подсказал мне Павлов. Оказалось, что я был штатным командиром второго отделения — ага, мне бы еще обязанности повторить…

Старшина роты, тот самый прапорщик, что муштровал бойцов на плацу, проверил наличие личного состава.

— Рота смир-рно! Равнение на середину! — три строевых шага, затем доклад. — Товарищ капитан, рота на центральном проходе построена! Лиц, незаконно отсутствующих нет! Доложил прапорщик Киреев.

— Вольно! — задумчиво произнес командир. — Значит так, товарищи солдаты…

Вдруг на тумбочке дневального громко зазвонил телефон.

— Дневальный по роте, рядовой Проскуряков! — боец хоть тут не растерялся.