Артем так и не понял, была ли засада нежити частью его плана или он грамотно использовал события? Да и важно ли это сейчас? Больше волновало совсем другое: этот адепт, будучи лидером организации, явно имел тесную связь с богами. В последнее время мужчина все больше ощущал на себе гнёт от давления, а теперь уже точно знал – те его не отпустят. Вполне возможно, что его «слив» – лишь один из пунктов договора. Но если это не так, то как долго ему ещё позволят жить? Сколько раз он сможет защититься от внезапных атак?

Но главное, опять же, не это. И без угрозы смерти Артём ХОТЕЛ сбросить с себя всевозможные путы контроля, став по-настоящему независимым.

И здесь подвернулся шанс, вернее, ШАНС.

Он перевел внимание на артефакт. По мере концентрации на нем, атрибут Приказа будто входил с тем в резонанс. Артём внезапно осознал, что он понимает и видит в его назначении даже больше, чем выжидающие зарядки боги и сам Астор. Эта реликвия предназначалась для его атрибута. А значит, и для него самого.

За мгновение в его разуме пролетела вся череда дальнейших событий. От первого портала в овощной яме дедовского дома до атаки на Атари.

Могла ли вся эта цепочка невероятных приключений стать случайной или его долго вели по пути Силы? Но кто? Серая церковь, уши которой обязательно торчали из многих моментов в его судьбе? Или сама Вездесущая? Ответа на этот вопрос он не знал и сейчас, да и вряд ли когда-то узнает.

Страшная бойня вокруг продолжалась. За ограничивающим пространством кокона, на расколотой планете сражались армии Альянса с войсками Гегемона и Квам Деи. Внутри же, в самом коконе сил, владыки организаций бились с нежитью, а Астор вместе с божественными дружками ожидал готовности артефакта.

Последняя мысль особенно разозлила Артёма. Божественные ублюдки, с которыми у него изначально не сложилось, хотели наложить свои лапы на Вездесущую. Осознание этого почему-то вызывало в нем неимоверную ненависть. Дальше игрок действовал на сплошных инстинктах.

* * *"

"Многочисленные смерти существ великой силы быстро заряжали артефакт. С каждой секундой, приближающей к долгожданному моменту, в глазах Астора загорались нетерпение и жажда. Настоящая жажда власти и силы. Он чувствовал, что великая реликвия, восстановленная Гегемонами и заряженная, благодаря его авантюре с войной, почти готова к применению.

Однако в последний момент все пошло не так. Сокровище… исчезло.

Остолбенев, он тут же потянулся к своим атрибутам, но этого не понадобилось. Наглый вор предстал перед глазами. Тот самый мальчишка-порталист, что страховал выполнение одной довольно важной части плана. Астор собирался использовать его в качестве платы напарникам: боги за что-то взъелись на несчастного. Впрочем, ему, лидеру вторжения, плевать.