Поэтому, проигнорировав мои слова, Ира распахнула дверь и заорала:
– Здрасти, здрасти! Дарь Иванна! К вам пришли!
– Придушить тебя мало, – шепнула я домработнице, потом, навесив на лицо самую радостную улыбку, воскликнула:
– Мила! Какими судьбами?
Звонарева поставила на пол бочкообразную сумку.
– Не выгонишь, если поживу у вас? Мы с Костей разводимся.
– Очень рада! – закивала я, потом спохватилась. – Конечно, не тому, что вы разрываете отношения, а твоему приезду.
– А я вот испытываю истинное счастье, – топнула ногой Милка, – просто эйфорию, когда думаю, что наконец-то лишусь милого супруга и его отвратительной, гадкой, мерзкой, косорылой маменьки…
Я сочувственно кивала головой, чувствуя, как меня охватывает тоска.
Увы, мои самые мрачные предчувствия оправдались. До ужина Мила безостановочно рассказывала о своей жизни и о той ситуации, которая поставила семью Звонаревых на край развода. В ее интерпретации события выглядели не так, как у Кости.
Оказывается, Мила совершенно случайно попала в чат. Ей на электронную почту пришло письмо с предложением заглянуть на сайт некоей фирмы, торгующей книгами по искусству.
– Да, – и помчалась в «Ириску» на встречу.
С Конрадом она виртуально общалась всего ничего, два раза, и беседа шла лишь о театре!
Я молча кивала. Спорить с Милой бесполезно. Пересказать ей мою беседу с Костей? А смысл? Что изменится? Ну поймаю я Милку на лжи, мне-то от этого не горячо и не холодно!
Внезапно Милка заревела и унеслась в ванную.
– Может, теперь, когда мы вдвоем, расскажешь правду?
– Ты мне не веришь? – всхлипывала Звонарева.
– Ну…
– Я очень люблю Костю, – вдруг заявила Мила, – затеяла все это лишь для того, чтобы… э, да ты не поймешь! И никто не поймет! Вышла глупость, я не на такое рассчитывала!
– А на что ты рассчитываешь? – быстро спросила я.
Но Мила молча вытерла лицо и ушла.
Когда домой вернулись все члены семьи, Мила повторила свой рассказ.
