В транспорт влезло около сорока буев, всего нам нужно было поставить около полутора-двух тысяч штук. Сегодня мы рассчитывали сделать три ходки и выставить хотя бы сто штук, если успеем, то сто двадцать. Этим количеством мы закрывали полностью один маршрут из трех, которые проходили в нашей системе. День тянулся безумно долго, работа была нудная и тупая. Прилететь на точку, сбросить буй. Егор его находит, проверяет, добавляет в систему, делает контрольный замер, и переходим к повтору на следующей точке. Ускорить или автоматизировать этот процесс пытались, но результаты всегда были отрицательные. Часть пространства в местах автоматизированной установки всегда оставалась неподконтрольной. Узнавали о таких местах от контрабандистов и пиратов, если удавалось их поймать живыми. Поскольку наш флот был безумно слаб, рисковать, оставляя противнику неподконтрольные территории, было самоубийством. К позднему вечеру мы закончили третью ходку. «Странник» вернулся на базу, а транспорт оставили на базе снабжения под погрузку на завтрашний день. Единственное, что можно было ускорить, — это выделить еще один транспорт, тогда мы выигрывали примерно три часа на погрузке и полтора часа на перелетах. Флемер за ужином предложил притащить эскадру киборгов и зачистить ее от них при помощи роботов. Увар послал его подальше, мотивируя это тем, что бардака на базе и так выше крыши, а лишние десять кораблей, требующие ремонта, будут реально лишними. Они висят на точке, есть не просят, ну, пусть висят. Всех повеселило то, с каким жаром спокойный Увар накинулся на Флемера. Гений спорить не стал, только махнул рукой и продолжил поглощать ужин. Мила сообщила: адмирал явно идет на поправку быстрее ожиданий, всем бывшим колонистам она вернула нейросети. Желтый тут же прокомментировал:
— Возвращение нейросетей было воспринято новыми гражданами с большим воодушевлением, скажем так, уровень доверия к нам еще вырос. И еще, Егор, Герхард очень просится в штат к Николаю.
Коля крайне недовольно посмотрел на своего подчиненного. Желтый, заметив этот взгляд, стушевался.
— Командир, он действительно хочет быть в нашем подразделении, подумай, а?
Николай не любил, когда кто-то влезал в его епархию.
— Желтый, когда он будет достоин этого, я его приму и без твоих просьб, ясно?
Желтый был явно недоволен ответом командира, но спорить с Колей он себе позволить не мог. Егор, наблюдая за этой перепалкой между друзьями, раздумывал над просьбой Желтого. Действовал Герхард вполне грамотно и мог создать им массу неприятностей в обычной ситуации. Жульбер отзывался о нем как о честном и преданном человеке, надо его проверить.
