Услышав, что я сказала про Алиссию, она буквально позеленела и сдавленно пискнула:
– И вы просто хотите её обвинить… Ваша Светлость?
– Почему я не могу обличить вдовствующую герцогиню? – возмутилась я. – Она совершила преступление на моих глазах! Как только барон пойдёт на поправку, он сможет подтвердить мои слова.
Алехандро повернулся к служанке.
– Скажешь кому-то хоть слово о том, что здесь видела или слышала – убью, – угрожающе произнёс он, глядя ей в лицо. – Отрежу голову. Поняла?
Ничего себе у них тут замашки. У меня едва глаз не задёргался.
Служанка закивала, её губы дрожали.
– Что происходит? – взорвалась я, не выдержав повисшего в воздухе напряжения. – Почему вы мне не отвечаете? Я требую справедливости! Моя свекровь самая настоящая убийца. Почему мы должны молчать?
Алехандро поднялся на ноги, посмотрев на меня исподлобья:
– Вы не знаете, кто такая на самом деле Алиссия Наварра? Где вы были последние годы?
– И кто же она? – спросила я.
Алиссия действительно вела себя так, будто может творить, что захочет. И ничего ей за это не будет. Лишь перед сыном выставляла себя лапочкой.
– Она глава инквизиторской гильдии по отлову чёрных ведьм, – проблеяла служанка подрагивающим голоском. – А ещё лучшая подруга императрицы и её ближайшая советница. Хозяин перешёл ей дорогу и вот теперь, что с ним случилось…
Удобно устроилась. У всех на виду.
– Я не могу её обвинить? Это противозаконно? Или что? – возмутилась я.
– Глава инквизиторской гильдии непогрешима, это позиция императора. А наговоры караются смертью.
Ладно. С этим ещё предстоит разобраться.
– Нужно положить барона на кровать и вызвать врача, – приказала я.
Бросив взгляд на лежащего на ковре дядю, мне стало не по себе. По-моему, его взгляд, буравящий потолок, был совсем недобрый. Вряд ли ему нравилось, что я распоряжаюсь в его доме.
Алехандро, хоть и был достаточно мощным, поднял барона с трудом. А затем понёс прочь.
Я пошла следом, высока держа голову. Пусть привыкают. Я останусь для того, чтобы помочь дяде. Ну и себе помогу заодно.
– Изабелла! – женский выкрик заставил меня повернуть голову.
Ко мне бежала пожилая женщина с белыми волосами, уложенными в высокую причёску. В её глазах стояли слёзы.
Она сжала меня объятиях и погладила по спине.
– Деточка моя, – проговорила она. – Неужели, ты выздоровела и приехала в гости? Как же я волновалась! Только ты у барона Монтеро и осталась.
Я осторожно ответила на объятия, понимая, что женщина должна хорошо знать Беллу.
– Значит, правда племянница, раз уж Мария тебя признала, – из комнаты барона вышел Алехандро.
