Этот холодный, властный тон, пропитанный презрением…

Лорд Эридан Вэйн!

Глава 6

Замираю, как испуганный заяц перед дулом охотничьего ружья. Пальцами намертво вцепляюсь в железный край стойки, выкрашенной в светло-серый цвет.

В висках стучит лишь одно: ""Хоть бы не узнал, хоть бы не узнал!""

Кассир называет стоимость билета, но слова доносятся неразборчиво, будто сквозь пышное облако ваты.

- Леди, я был бы признателен, если бы вы поторопились, - снова раздаётся позади ледяной, полный сдержанного недовольства голос Эридана Вэйна."

"Кто-то сбоку противно хмыкает:

- Похоже, у леди проблемы не только со слухом, но и с глазами.

- Простите, я... я быстро, - хрипло бормочу, стараясь изменить тембр голоса, и в то же время трясущимися пальцами достаю из кошелька монеты.

""Главное - не оборачивайся. Может, если не смотреть на него, он меня не вспомнит?""

- Господин, - обманчиво спокойно произносит Эридан. Наверное, таким голосом судьи зачитывают смертный приговор, - смеяться над людьми - верх невежества. Полагаю, родители упустили столь важный момент в вашем воспитании.

Шутник моментально затыкается, а я, взяв в руки билет в обложке из плотного картона, делаю стремительный шаг вбок, но стоит развернуться, с размаха утыкаюсь носом прямо в чьё-то роскошное пальто.

Медленно, словно в кошмарном сне, я поднимаю взгляд, и все звуки накрепко застывают в сжавшемся до боли горле.

Эридан Вэйн.

Холодные, жестокие глаза смотрят на меня сверху вниз. Погодите, а что с его зрачками…

Они что, вертикальные?

Мамочки!

- Вы… - скалится в хищной ухмылке явный не-человек.

Всё внутри обрывается.

Это конец.

Он меня узнал.

Сейчас поймает и сдаст в лапы изверга-отца.

- Пожалуйста, отпустите, - шепчу, не в силах оторвать взгляд от тёмных глаз с фиолетовыми искрами по краю радужки.

- Вы весьма неуклюжи для леди, - сквозь зубы цедит лорд Вэйн, оценивая меня с липким презрением во взгляде. Кажется, он меня даже не слушает! А уголок его рта едва заметно дёргается: то ли от раздражения, то ли от сдерживаемой усмешки.

Не узнал?

- Извините! - говорю уже громче и чётче, неистово желая покинуть общество высокомерного наглеца и ловко обхожу его с правого бока.

Вылетаю на перрон, где величественный паровоз, похожий на железного гиганта из старых фильмов, уже выпускает клубы пара в чёрное небо, затянутое облаками. Вдоль состава из тёмно-синих вагонов снуют немногочисленные пассажиры: дамы в элегантных шляпках, джентльмены с тростями, носильщики с чемоданами. Медные поручни и таблички с номерами вагонов ярко блестят в свете газовых фонарей.

Вокруг шум и гам, в воздухе стоит терпкий запах угля, свежей выпечки и жареного мяса из небольшого ресторанчика в здании вокзала.