В течение добрых двадцати пяти минут после того, как сержант ретировался, разговор между мисс Фосетт и инспектором Хардингом совершенно не касался проблем, которые должны были бы по долгу службы занимать инспектора, и не блистал особой оригинальностью… Однако с точки зрения самих собеседников, был захватывающим и мог бы продолжаться до бесконечности, если бы мисс Фосетт случайно не спросила инспектора, понимает ли он, что, не случись это убийство, они бы никогда не встретились.
Услышав хоть и косвенное, но напоминание о служебных обязанностях, инспектор Хардинг с сожалением, но твердо отстранил от себя мисс Фосетт.
– Сядь в это кресло, Дайна, и представь себе, что я суперинтендант или тот сыщик-животное, который приходил к тебе по поводу кражи позолоченных блюд, – сказал он и решительно отошел к креслу по другую сторону стола.
– О, ты запомнил это? – с глупым видом спросила Дайна."
"– За… Нет! – с усилием отрубил Хардинг. – Ты должна помочь мне, я здесь исключительно по делу. И собирался кое о чем тебя спросить. – Он неуверенно поглядел на Дайну через стол и взмолился: – Не смотри на меня так! У меня сразу же все вылетает из головы, кроме желания еще раз поцеловать тебя.
– Представь себе, что я Камилла, – предложила Дайна. – Да, знаешь, она думает, что я вешаюсь тебе на шею. Но ведь я не вешалась, правда?
Инспектор Хардинг откашлялся и строго одернул ее:
– Мисс Фосетт, прошу вас вспомнить утро первого июля.
– Хорошо, – с готовностью сказала Дайна, – только если ты обвинишь в убийстве тех, кого бы мне не хотелось, я не выйду за тебя замуж. Арестуй Холлидеев, садовника или Лолу – хотя, честно говоря, я прониклась к ней симпатией… но…
– Вы попусту меня отвлекаете, мисс Фосетт.
– Прошу прощения, – спохватилась Дайна и сложила руки на коленях. – Говори, что надо вспомнить. Я сделаю для тебя все, что могу, но, кажется, голова у меня вдруг перестала соображать.
– Дайна, это очень важно, попытайся! Миссис Твининг пришла в понедельник к ленчу случайно, или по приглашению, или как?
– На все три вопроса ответ – «да». Якобы случайно, чтобы Артур не заподозрил умысла, по приглашению, потому что я пригласила ее, и как – из-за скандала по поводу Лолы. Она была на том роковом обеде в субботу и поняла, что тучи сгустились. В понедельник она позвонила, желая узнать последние новости, и, когда я сказала, что дела довольно скверны, она пообещала приехать и постараться повлиять на Артура.
– Не казалась ли она обеспокоенной сложившимся положением?
– Н-нет, пожалуй. Скорее, оно забавляло ее. Я так и не смогла понять миссис Твининг. Всегда сдержанная, саркастичная, кажется, ей ни до кого дела нет, однако к Джеффри она проявляла живой интерес.
