На стенах, на покалеченных деревьях, на земле. Черная, запекшаяся. И темно-красная, пролитая недавно…

Хотя воину крепость всегда дом. Если, конечно, этот дом принадлежит его друзьям.

Только вот друзья выглядели неважно. Данила во всяком случае.

Голова и левая рука дружинника были замотаны окровавленными тряпками. Но парень все еще держался на ногах. Когда я убедил его открыть ворота крепости, открыть-то он их открыл, только потом тут же ушел в один из более-менее сохранившихся корпусов и больше не показывался. Опыт мне подсказывал, что его просто отпустило напряжение и он элементарно вырубился от кровопотери и нереальной усталости.

"Фыфа нигде не было видно. Как и Рут. Короче, из защитников крепости остались полдесятка израненных кормовых и Настя, которая выглядела на удивление бодро. Хотя почему «на удивление»? Похоже, кио, способная употреблять любую органику, в боевых условиях не терялась и особо не привередничала. На ее губах еще не обсохла свежая кровь – и, черт возьми, ей это шло. Естественный алый заменитель помады, огромные, бездонные глаза, полуобнаженная грудь, едва прикрытая обрывками одежды… Небось, яйцеголовые в Силиконовой долине специально такой бюст спроектировали.

Хозяйственные нео тут же развели на территории крепости костры. Наковыряли из земли хоммутов, приволокли пару более существенных и уже освежеванных туш (не иначе из кучи трупов сородичей позаимствовали, хотя, возможно, я о них просто плохо подумал) и принялись готовить праздничный обед по случаю восшествия на престол нового вождя.

Однако вождю было не до гулянок.

– Где Рут? – повторил он вопрос, обращаясь уже к Насте.

Та прищурилась.

– А ты ей кто?

– Брат.

– Что-то раньше я не замечала у вашего племени горячих родственных чувств, – отметила она.

– То племя, а то я, – отрезал Ррау. – Она одна. У нее, кроме меня, никого нет.

И тут Настя отвела глаза. Надо же, мне почудилось, что на ее нереально гладком и столь же нереально красивом лице промелькнуло что-то вроде замешательства и одновременно легкой грусти. Эмоции? У кио?! Невероятно…

– Ты слышал про Черное Поле Смерти? – глухо спросила она.

– Которое превращает Новых Людей в хомо? Слышал, – настороженно кивнул Ррау. – Одно из самых страшных Полей. Хорошо, что оно редко встречается.

– Оно не превращает, – покачала головой Настя. – Оно возвращает мутировавший организм к истокам вдоль линии эволюции. Может превратить мутанта обратно в человека. А может – в кистеперую рыбу. Все зависит от времени, которое мутант проведет в этом Поле. И если он задержится…

– Что с ней?!! – взревел Ррау.