И кстати про запах!

В хозяйственной комнате я заметила развешенные по стене пучки высушенной лаванды. Все думала их пристроить куда-то, и теперь поняла, куда. Как только матрас высохнет, я набью его тополиным пухом и пару пучков лаванды тоже добавлю. Очень хочется ложиться спать на чистое, ароматное белье.

Когда белье развешено на веревках, а костер догорает, иду с Танией расколдовывать мужа.

Держусь вроде бы уверенно, а на самом деле внутри бабочки летают от волнения.

Я выросла без всякой магии.

А тут волшебство на каждом шагу. Как-то в голове не укладывается, что я, не колдунья, обычная портниха, стану активной частью этого магического мира!

Пока поднимаюсь на третий этаж, сжимая в руках ножницы, огниво и поднос, меня одолевают дурацкие страхи. Что, если я волшебную фразу скажу неправильно? Или центр комнаты определю неправильно? Вдруг из-за малюсенькой ошибки избавить Алана от проклятья не получится?

Глава 32

Это лишь глупые страхи, которые отгоняю знакомой мантрой. Все у меня получится. Уж если в девяностые выжила, то и с каким-то обрядом худо-бедно справлюсь!

Когда за очередной дверью нахожу комнату с огромной кроватью, продолжаю дальше бродить по третьему этажу, пока не убеждаюсь, что других спален здесь действительно нет.

Итак, нужная комната для обряда найдена. Захожу внутрь одна, без Тании. А то мало ли в присутствии левых лиц заклинание не сработает или сработает не правильно?

В просторном помещении много света, но мебели с гулькин нос. Кровать, шкаф, стол и пара стульев. Даже странно, что хозяйская спальня экипирована проще, чем гостевая. Именно гостевой я почему-то считаю свою спальню на втором этаже."

"Встаю напротив высокого зеркала в медной раме и, как ведьма учила, ножницами отрезаю волосы до плеч. Бросаю их на металлический поднос, прядь за прядью.

Никакого сожаления не чувствую, потому что длина мне идет. К тому же, так легче будет за ними ухаживать.

Затем иду в самый центр комнаты — определяю его с помощью подсчета шагов. Устраиваю поднос на каменном полу и только тогда поджигаю пряди. Они быстро обугливаются, распространяя неприятный запах паленой шерсти и заставляя задержать дыхание.

Нож, что держу в руках, прокаливаю над свечой для верности. Взмах лезвием — и капли крови летят на пепел, оставшийся от волос.

Произношу заклинание, а потом снова и снова перебираю в уме этапы снятия проклятия.

Все верно? Ничего не забыла?

Вроде бы все прошло по плану.

Вслушиваюсь в пространство. Странно, что ничего не происходит. Я надеялась, что отменю проклятие, и грянет гром с молнией. Или горгулии проявят дружелюбие. Должна же быть какая-то точка, что разделит «до» от «после»?

Но нет. Ничего не меняется.

Что же. Ночью точно все станет ясно.